Конечно, я помогал по дому и делал, если о чем-то просили, но в свободное время хотел просто сидеть в кресле у камина, пить апельсиновый сок и читать про неккарцев. И больше ничего мне было не нужно. Даже не ходил на озеро купаться. А Ванда с моей сестрой ходили, и вообще они подружились.
Дядя Филип приезжал всего два раза в увольнительные. Брал меня с собой на рыбалку. Было хорошо. Особенно я ему благодарен за то, что он не лез мне в душу, не говорил про отца, не спрашивал, как я держусь, и тому подобное. На рыбалке мы говорили только о рыбалке, а большей частью молчали. Но это поддерживало меня больше, чем все консультации школьного психолога вместе взятые.
Жаль, что это было лишь два раза. А остальное время мы жили в домике с его женой и Вандой.
И вот однажды, когда до окончания каникул оставалось несколько дней, Ванда вошла в гостиную и спросила меня о чем-то. Я оторвал взгляд от планшета, и мое сердце екнуло, когда я увидел, что она стоит у двери в одном купальнике бикини. Судя по мокрым волосам, только что вернулась с озера.
И вот я уже стою на ногах, планшет отброшен на кресло, а мой голос едва заметно дрожит, отвечая на вопрос. Ванда как ни в чем не бывало продолжает разговор, а у меня все внутри трепещет при виде ее такой… Как же умопомрачительно она выглядела в том синем купальнике!
Закончив разговор, Ванда ушла, но я уже не мог сесть обратно и читать статьи. Сердце щемило, и голова шла кругом. Время скорби закончилось. Я ожил. Реальный мир снова заиграл красками.
Я стал искать любую возможность побыть с Вандой. Мы начали разговаривать по душам. Увы, оставалось совсем немного времени. В день отлета, глядя из окна аэротакси на уменьшающийся внизу домик, я понял, что влюблен в Ванду.
Весь учебный год мы переписывались и созванивались, а на следующие каникулы дядя Филип снова пригласил нас в летний домик. Ох, как я ждал этого! Когда мы пошли с Вандой на прогулку вдоль озера, она показала мне небольшую пещеру в скале. Там было темно и холодно, пахло сырым мхом. Падавших от входа лучей солнца едва хватало, чтобы различать в полумраке черты ее лица. И тогда я сказал Ванде, что люблю ее.
– Да неужели? – с улыбкой ответила она и поцеловала меня.
В последующие дни мы сбегали с ней то в лес, то в поле. И целовались там, и не только целовались. Катя прикрывала нас перед взрослыми, хотя и без энтузиазма. После яркого лета мы встречались украдкой в городе. Законы на Мигори не столь строги, как на астероиде Кесум, однако снять семнадцатилетним подросткам номер в отеле даже у нас невозможно. Поэтому мы устраивали свидания в разных экзотических местах – заброшенных домах, глухих уголках парка и тому подобных. Их выбирала Ванда, ей нравился экстрим – риск разоблачения в самый интимный момент нашей встречи.
Мне казалось, я влюблен в нее по уши. Хотел на ней жениться. Но потом мы оба поступили – я в Университет, она в Академию Флота, – и учебные хлопоты первого курса выветрили из нас всю любовь. Она погасла как-то незаметно, сама собой, без ссор и выяснения отношений. Просто перестали созваниваться.
А теперь Ванда стояла передо мной в безупречно-белой форме Космофлота, и воспоминания ожили и нахлынули в один миг.
– Господин Светлов, я лейтенант Новак, – сказала она, глядя мне в глаза. – Следуйте за мной, я провожу вас к капитану.
Официальное обращение обескуражило меня, но, закончив фразу, она еле заметно улыбнулась кончиками губ, а в глазах блеснула хитринка. Та самая, знакомая с детства. Я улыбнулся в ответ, Ванда грациозно повернулась, и я пошел за ней по широкому серому коридору.
И при этом снял обручальное кольцо с пальца и сунул в карман.
«
«Ну… мы с Вандой были довольно близки когда-то. Не знаю, как она отреагирует, если сразу узнает о том, что я женился. Лишние напряги в отношениях мне сейчас совсем не нужны. Особенно с дочерью капитана, которому я собираюсь сдаться. Я ей обязательно расскажу про Лиру, но чуть позже. Просто нужно немного больше времени».
«
«Это не обман, а просто отложенная правда».
«
«Нет! Ты что, с ума сошел?»
«
«Гемелл, я не променяю Лиру ни на кого в мире, и уж тем более на Ванду, отношения с которой остались в прошлом для нас обоих. Я снял кольцо исключительно для того, чтобы не усложнять и без того крайне сложную ситуацию».
Ничто не изменит моей любви к Лире!
Из ангара мы вышли в коридор, а далее проследовали к лифту. Несколько матросов, встретившихся по пути, отдавали Ванде честь, а на меня бросали любопытные взгляды. Думаю, тут очень давно не бывало человека в штатском.
Лифт перенес нас на другую палубу, где, пройдя по коридору, мы дошли до коричневой деревянной двери.
– Капитан ждет, – сказала Ванда, указывая на нее.
С замиранием сердца я шагнул внутрь. Девушка осталась снаружи.
