– Значит, ты был прав. Ружье все-таки выстрелило, и кровь пролилась. Кто-то еще погиб?
– При штурме – больше никто.
Про двести сорок погибших сотрудников Спецконтроля и одного убитого смотрителя станции Ы-431 я решил пока не упоминать.
– А что с Келли?
– Он был в особняке. Мы немного поговорили. Он на своей волне… Но просил передать тебе искренние извинения.
– Вот как? Дурачок он, дурачок…
Я подивился столь мягкой оценке от человека, которого Келли чуть не убил. Впрочем, это в духе Лиры.
– А с Герби что?
– Долгое время я думал, что все. Келли нанес ему чудовищные повреждения. Но оказалось, что Герби – андроид Космофлота. Так что сейчас над ним работают флотские мастера и обещают починить…
– Из-за этого ты пошел в Космофлот?
– Нет. – Я усмехнулся. – Меня пытался схватить Спецконтроль. Чтобы сбежать от них, я сдался ближайшему кораблю Космофлота. Его капитан – старый друг моего отца. И мне пришлось принести присягу, потому что матросы и офицеры вне юрисдикции Спецконтроля.
– Понятно. Им это вряд ли понравилось. Спецконтролю.
– Да. Они нас атаковали…
– Корабль Космофлота?
– Да. Но безуспешно. Во время боя Гемелл подсказал мне, как увеличить радиус действия антикинетического щита, это помогло. В результате командование повысило меня до старшего матроса и наградило медалью.
– Ведь ты им ничего не сказал про Гемелла.
– Совершенно верно. С его согласия.
– Ну конечно. Он у нас очень скромный.
Мы вместе засмеялись.
«
«Хватит называть ее самкой, Гемелл! Ты ведь уже называл ее по имени!»
«
– У меня тоже есть, что рассказать, – начала Лира. – Пока я лежала тут, было время кое-что обдумать. И я решила…
Она сделала паузу, и у меня сердце сжалось от страха. Она решила оставить меня? Бросить столь опасную жизнь? Что ж, она вправе. Я это заслужил…
– …что хочу ребенка, – закончила Лира и улыбнулась.
– Это… намного круче, чем все, что произошло со мной!
– А ты хочешь?
– Всегда мечтал об этом! Как только ты выздоровеешь, мы можем посетить ближайший детский дом и…
– Я хочу ребенка от тебя.
– Ого! Но экстракорпоральное оплодотворение запрещено в Федерации…
– Я в курсе, Сережа. Я рожу ребенка от тебя естественным образом.
Мое сердце бешено колотилось, а на лице застыла улыбка. Все было столь неожиданно, что я не знал, как реагировать. Но был счастлив.
«
– Ты перестала быть…
– Нет. Просто хочу стать матерью. Хочу дать жизнь. Это самое большее, что в принципе можно сделать. Куда больше всех научных открытий… – Она помолчала, а потом с улыбкой добавила: – Мы попросим Гемелла отвернуться.
«
– Он говорит, что отвернется.
– Спасибо, Гемелл! Я не сомневалась в твоем такте.
«
– Можно тебя поцеловать?
– В первый раз ты не спрашивал.
Я наклонился и снова ее поцеловал. Я благодарил Бога за Лиру и за Гемелла, за то, что тот удержал меня на краю пропасти…
«
«Гемелл, пожалуйста, только не в этот момент! Не разрушай мое счастье!»
«
«Я обязательно ей все расскажу, но не сейчас! Она только очнулась, нужно беречь ее здоровье!»
Гемелл ничего не ответил, но я уловил его эмоцию. Разочарование.
Я вздохнул и начал упавшим голосом:
– Лира, за это время кое-что еще произошло…
– Ты решил развестись со мной? – быстро спросила она, наморщив лоб.
– Нет! Ни в коем случае… Просто на корабле Космофлота оказалась Ванда, дочь капитана, старого друга моего отца. Мы знакомы с детства, когда-то были вместе, и, в общем…
– Ты переспал с ней.
– Нет! Я с ней не спал!
– Тогда что?
– Ну, как бы… – Я набрал побольше воздуха в грудь и выпалил: – Мы поцеловались!
– И все? – Лицо Лиры стало сосредоточенным, как во время сложных случаев при исследовании, когда она пытается понять, в чем проблема.
– Ну да.
– Ты собираешься продолжать? Ну, целоваться с ней?
– Нет, конечно! Между нами ничего нет и не будет. Это совершенно точно!
– Но тебя определили служить под ее командованием? – сделала она еще попытку.
– Нет! Слава Богу, нет!
