Черный ксеноархеолог полностью

– Привет и тебе, Сергей Светлов. – Здоровяк обратился ко мне. – Наслышан.

– З-здравствуйте, мистер Крикс, – сдавленно ответил Келли.

Было очевидно, что это не очередной мой подписчик, но все же я уточнил:

– Вы от Босса?

– Ага. Он получил письмо Келли и хочет с вами поболтать. Но пока постойте и не шевелитесь.

Дверь с улицы открылась, и в контору вошел бледный парень в джинсовой куртке. Он молча подошел и обыскал нас – меня особенно тщательно.

«Им известно, что ты телепортировал бандитов на Лодваре, – напомнил Гемелл. – Они проверяют, нет ли при тебе переместителя».

При мне не было никаких артефактов или оружия. Убедившись в этом, бледный парень кивнул здоровяку. Затем забрал наши с Келли планшеты и молча вышел.

– Ну что ж, – сказал Крикс, поднимаясь во весь свой огромный рост. – Проедемся.

Пару минут спустя мы сидели в салоне большого и дорогого автомобиля. Кресла тут располагались лицом друг к другу. Бледный парень занял место водителя, а здоровяк уселся напротив нас с Келли. Пистолет он по-прежнему держал в руке, но положил ее себе на ногу.

Салон автомобиля был девственно-белым, не считая фрагментов отделки из натурального дерева. Кресла обиты кожей, очень комфортные. Впервые я оказался в столь роскошной машине. Странно, что Келли нервничал. Он ведь ожидал, что Босс ответит?

«Если бы ты не принял ту таблетку, тоже бы нервничал», – подсказал Гемелл.

Только тут я заметил, что не испытываю никаких эмоций. При этом даже нет чувства, что чего-то не хватает. Наоборот, внутри спокойствие и полное убеждение, что именно так и должно быть. Да, таблетка подействовала. Как оказалось, я совсем не зря ее принял. Без нее я бы действительно сейчас трясся от страха…

«Бог опять помог тебе своим Промыслом. Но ты в очередной раз объявишь это просто удачным совпадением».

Обычно я ощущал раздражение от подобных реплик Гемелла, но теперь просто принял услышанное к сведению. Какое-то время я смотрел в окно на проносящийся урбанистический пейзаж Гостивара. Потом повернулся к здоровяку и стал разглядывать его.

Лицо Крикса напоминало древние каменные статуи примитивных народов Земли. Причем те, над которыми не особенно трудились. Несколько раз ударили молотком, обозначив главные черты, а потом бросили со словами «и так сойдет». Помощник Босса не имел каких-то явных уродств, и все же его лицо даже из лести никто бы не назвал красивым. Кроме того, на нем лежала печать угрюмости и жестокости, делая еще более отталкивающим. А ведь когда-то этот человек был младенцем. Все умилялись, глядя на него. Как же из милого младенца появилось вот это вот? Что должно было произойти по пути?

Крикс перевел на меня взгляд и угрожающе спросил:

– На что уставился?

– Просто пытаюсь представить, – ответил я.

Келли зачем-то толкнул меня локтем в бок.

– Представить что? – спросил амбал, сверля меня взглядом исподлобья.

– Вы ведь когда-то были ребенком. Маленьким и таким же милым, как все дети. С радостью познающим мир, доверяющим людям и нуждающимся в любви. Пытаюсь представить, как вы выглядели тогда…

Левая бровь чуть заметно приподнялась на мрачной физиономии Крикса, когда он спросил:

– Ну и как? Успешно?

Я покачал головой:

– Честно говоря, нет. Не получается. Келли, хватит толкать меня, здесь достаточно места для нас обоих!

Амбал усмехнулся, но в глазах его промелькнуло что-то человеческое, когда он хрипло ответил:

– Это было очень давно.

Промелькнуло и ушло на дно, словно и не было.

Помолчав, Крикс добавил:

– Босс велел не бить по лицу, так что…

Он резко придвинулся ко мне и, протянув свободную руку, выкрутил мое правое ухо. Я вскрикнул.

– Это было совсем не обязательно! – сказал я, схватившись за пылающее от боли ухо.

– Отнюдь, – возразил мне амбал, откидываясь на спинку кресла. – Если я буду оставлять без последствий такие разговоры, то перестану быть тем, кто я есть.

– А почему нельзя обсуждать ваше детство? Что тут постыдного? Все ведь были детьми!

На всякий случай я прикрыл оба уха руками, и амбал рассмеялся при виде этого.

– Нельзя борзо разговаривать, – ответил он, отсмеявшись. – А ты, я смотрю, смелый. Закинулся чем-то?

– О чем вы?

– Ты под препаратами?

– А, это. Да. Принял ферусен.

Амбал понимающе кивнул.

– Я тоже его принимал. В детстве. Когда шел на первую мокруху.

– Я не специально. Решил сегодня попробовать, и тут как раз вы…

– Это нехорошо. Босс любит, чтобы гости чувствовали все, что положено, когда он с ними общается. Ну ладно. По крайней мере, не обоссышься. А Келли, кажись, не принял таблеток смелости.

– Да, он не принял.

– Смотри не обоссысь тут! – сурово сказал амбал, глядя на Келли. – Терпеть этого не могу.

– Конечно, сэр, даже в мыслях не было, – заверил мой друг.

– Ну еще бы ты обдумывал, как обоссаться! – сказал гигант и рассмеялся.

Когда он успокоился, я уточнил:

– Наверное, Босс хочет поговорить о нашей добыче?

– Скоро узнаешь.