Ответ был предельно честным. Операторы погибли, метасендер похищен. Глупо строить гипотезы, имея так мало фактов.
— Ты мне не веришь?
Фудзи только покачал головой.
— Знаешь, почему я к тебе пришел? Метасендер указал тебя, как наиболее вероятного реципиента Шивы. Два принца — двое наиболее вероятных кандидатов. Думаю, нарочно такое не придумаешь.
Я думал на этим, пока Фудзи разговаривал с инспектором. Почему именно ЭТИ тела? Почему метасендер выбрал именно их?
Ответа у меня не было.
— У нас, на Тикю, верят в судьбу, друг Курои, — сказал Фудзи, выводя свой мотоцикл на дорогу. — Фатум, рок, предназначение — всякое такое. Каждое событие имеет своё начало и конец. Как история болезни. Понимаешь, о чём я?
— Хочешь сказать, случайностей не бывает? — я тоже взялся за байк. Проверил тормоза, сцепление, топливный бак — привычка, приобретенная в Корпусе. Ничто не случается просто так. Если у машины отказали тормоза — значит, их кто-то повредил…
— Хочу сказать, что встретившись — мы неосознанно влияем на судьбы друг друга, — Фудзи перекинул ногу через седло. — Осталось выяснить, кому это выгодно, и как это использовать.
Он рванул с места, и я, чтобы не глотать пыль, решил на пару минут задержаться.
Фудзи мне не верит, это очевидно. Из-за дурацких совпадений мне и самому начало казаться, что в том, что происходит, замешано куда больше, чем поиски преступника…
Закурив — пачку я незаметно стащил у Фудзи, непривычные к дыму лёгкие обожгло, — я попытался проанализировать случившееся.
Имеет ли кто-то из Ёшики свой интерес в Тикю? Я что хочу сказать: мог ли кто-то перенастроить метасендер в Корпусе, чтобы отправить меня именно в эту оболочку?
Теоретически — возможно. Но такой человек должен чётко понимать, что он делает. У него должна быть копия матрицы сознания принца Антоку — чтобы нацелить метасендер очень точно, на определённый объект.
Так действует обмен разумов в Центральных мирах. Например: человек с Куросавы хочет посетить Лондонград. Он идёт в агентство и заказывает тур: чётко обговаривается время посещения, желаемые параметры тела, подписывается страховой лист: реципиент обязуется обращаться с оболочкой бережно, не травить наркотиками, не наносить травм — всё в таком духе.
Турагентство подыскивает подходящего кандидата — того, кто не откажется посетить Куросаву. Страховка, документы — всё повторяется. Затем оба участника являются к метасендеру в одно и то же время, их матрицы синхронизируются…
Но это — не мой случай. Тикю — закрытый мир. О нём никто не знает. Здесь нет туристических агентств. Нет даже посольства Центральных миров. Только небольшой форпост.
Которого тоже больше нет, — напомнил я себе.
Как бы то ни было, ты сам по себе, Чёрный Лис, — я нажал педаль газа и направил мотоцикл вниз по серпантину. — Никто тебе не поможет.
Фудзи меня не приглашал, но спустившись в город, я как-то сам собой оказался у его мастерской. Ворота были не заперты, и я вкатил байк под знакомый навес.
Пёс на меня лаять не стал. Посмотрел спокойно из-под пегих бровей, потянул носом — и вернулся в тенёк, на травку.
Рядом с будкой стояла миска с свежей водой и вторая — с сухим кормом. Кто-то позаботился о собаке, пока мы гоняли по горам.
Когда я появился на пороге чайного домика, Фудзи готовил. Кудрявые волосы влажные, одет в домашнюю, видавшую виды юкату.
Пахло жареной ветчиной, горячим хлебом и огурцами. Я с удовольствием вдохнул запах свежей еды. На Ёшики тоже можно найти отличную еду. Гигантские креветки из садков, клонированная говядина, выращенные на гидропонике овощи…
Но возвращаясь в Корпус, я каждый раз ощущал, что все продукты отдают пластиком. Может, это из-за антибиотиков, которыми пичкают креветок, или гормонов, на которых растёт клонированное мясо… Мой приятель Лёва Полесов утверждает, что всё дело в оболочке.
В том, что физически совершенные, оснащенные полным перечнем нейрохимических взаимодействий синтетические тела, которыми снабжал нас Корпус между заданиями, были неспособны чувствовать настоящий вкус.
— Это как трахаться в презервативе, — горячился Лёва. — Вроде бы всё чувствуешь, и даже получаешь кайф… Но всё равно знаешь: это не то.
— Есть хочешь? — увидев меня, Фудзи совершенно не удивился. — Яичница с жареным тофу и ветчиной.
— Да, спасибо.
— Пока готовлю, можешь принять душ. В эйрстриме, — я повернулся, чтобы уйти. — Сам найдёшь всё необходимое, — бросил он вслед. — И особенно не расходуй горячую воду. Она греется от батарей на крыше…
"Держи друзей близко, а врагов ещё ближе".
Друзья мы с Фудзи или враги, но не сговариваясь, решили держаться вместе.
Погруженный в свои мысли, я поднялся на три ступеньки эйрстрима и протянул руку, чтобы открыть дверь. Но та распахнулась сама, явив на пороге небольшого роста девчонку.
— Ой! — она окинула меня критическим взглядом. — Я не знала, что здесь кто-то есть.
— Извини, — отступив от двери, я дал ей возможность спуститься со ступенек и встать на траву. — Фудзи сказал, я могу принять душ.
