— Я не знаю, — слова шелестели, как мёртвые листья. — Честно говоря, я даже не видел Набунагу, — признание далось с трудом. Я не привык отчитываться в своих действиях. — Сначала всё было тихо, люди спали… А потом я угодил в ловушку.
— Ты угодил в ловушку ещё на подходе к поместью, Курои-кун, — ласково, словно разговаривал с ребёнком, сказал Фудзи.
— Но… Я всё проверил! Я вычислил всех охранников — честью клянусь, меня никто не видел. Стэллс-костюм скрыл меня от видеокамер, я не потревожил ни одной сигнализации.
— Кроме магической, — спокойно заметила Сакура.
На меня напал ступор. Выплесни она мне в лицо стакан холодной воды — он бы произвёл меньшее впечатление.
— Если бы перед тем, как планировать рейд, ты спросил меня, — сказал Фудзи, катая по столу шарик хлебного мякиша. — Я бы сказал: проникнуть в поместье Набунаги невозможно. Виктор — сэнсэй очень высокого ранга. Выше него — только горы. И император.
— Вокруг поместья Набунаги было три круга магической защиты, — тихо сказала Сакура. — А ты проломился сквозь них, как кабан сквозь заросли прошлогоднего бамбука.
— Удивляюсь, как тебя не сожгли на месте, — покачал головой Фудзи.
— Виктор-сама любопытный, — усмехнулась Сакура. — Ему стало интересно, кто это так нагло ломится в его дом…
— То есть, всё это была подстава? — я почувствовал, как краска стыда заливает лицо. Жар начал распространяться с ушей. Перешел на щеки, заставил пульсировать виски, завёл гулкий набат в затылке. — И пустые тихие комнаты, и спящий охранник на лестнице…
— Если охранник оябуна такого ранга, как Набунага, заснёт на посту — он сам сделает себе сэппуку, — сказала Сакура и широко улыбнулась.
Я закрыл голову руками. Ладони наткнулись на жесткие короткие волоски — буйная поросль на голове тянулась ввысь с упорством ростков риса.
— Почему вы не допускаете, что в теле Набунаги — Шива? — спросил я.
Фудзи и Сакура — единственные мои союзники. Если мне не удаётся убедить даже их — грош цена мне, как посланнику.
— Прости Курои, я всего лишь девчонка из бедного района, — потупилась Сакура. Самое загадочное в ней было то, что я никогда не знал: шутит она, или говорит серьёзно. — Фудзи-сама рассказал твою историю. Но моего скудного воображения не хватает, чтобы поверить в то, что тела людей могут захватывать не только духи-тэнгу, но и другие люди…
— Вы поверите, — как можно убедительнее сказал я. — Шива не остановится. Когда он нанесёт удар — вы поверите.
— А как мы узнаем, что нанёс удар именно Шива? — рассудительно спросила девчонка. — Я что хочу сказать: в мире каждый день что-нибудь случается. Новости смотрят вместо ужастика. Катастрофы, теракты, экономические кризисы, эпидемии — всего не перечислить. Как мы узнаем, что действует именно он, а не "Чёрный тюльпан", например?
— В вашем мире есть "Чёрный Тюльпан"?..
Это плохая новость. И одновременно хорошая…
Экстремисты деструктивного толка. Как метастазы, прорастали они в ветвях Древа, отравляя миры своей неорелигиозной идеологией.
Зависело от мира: где-то их давили беспощадно, как блох. Где-то зёрна их речей падали в подготовленную почву… В трёх мирах из шести Шива использовал эту секту, как "паровоз" для своей подрывной деятельности.
Миры не так уж сильно отличаются друг от друга. Общества и целые социумы развиваются по известным шаблонам, и Шиве, появляясь в новом мире, не нужно изобретать велосипед: он просто находит существующие фурункулы и помогает им созреть…
— Это очень небольшая организация, вынужденная всё время прятаться, — вмешался Фудзи. — В прошлом году они имели глупость взять на себя ответственность за теракт. Взрыв атомной станции на Фукусиме. С тех пор их численность сократилась в десять раз: император издал указ никого не брать живым. Всякий, кого подозревают в принадлежности к этой секте — подписывает себе смертный приговор. На данный момент их почти истребили.
— Для Шивы это хорошо, — сказал я. — Он их обязательно соберёт, воодушевит и возглавит. И ещё через год ваш император столкнётся с сильной, отлично тренированной армией террористов, которая не боится умереть за свои идеалы.
— Значит, всё просто, — сказала Сакура. — Надо затаиться, и следить: не появится ли у террористов новый лидер.
— Новые лидеры появляются каждый день, — возразил Фудзи.
— Но этот будет самый жестокий, — несмотря на невесёлую беседу, я немного приободрился.
Что-то наклёвывается. Что-то начинает происходить.
— Я хочу изучать магию, — я это заявил, когда официантка, поставив на стол пузатый чайник, удалилась.
Фудзи и Сакура расхохотались так, словно заранее репетировали.
— Что? — я начал злиться. Чтобы успокоиться, потянулся за чайником, плеснул в круглую чашку ароматного, бледно-желтого чаю… — Вчера ты сам говорил, что я должен учиться.
— Владеть Эфиром учатся с самого детства, — мягко ответил Фудзи. — Раньше, чем учатся ходить. Энергия течёт по твоему телу, Курои. Её не изучают. Это сила, с которой договариваются. Она может подчиниться. А может уничтожить тебя. Сжечь изнутри.
