– Жаль, что тебе так досталось, – приглушенным голосом сказала она.
Грей поднял взгляд к ее украшенным пирсингом губам и бровям.
– Ты вызвала полицию?
Она не смотрела ему в глаза.
– Не могу.
– Можешь.
– Он убьет меня и мою Лиззи.
– Я тебя защищу, – заверил Грей.
– Дело не только в нем. Все они звери, и теперь они везде. Заполонили весь Ист-Энд.
– Просто дай мне имена и адреса. Я работаю в Интерполе.
Барменша издала короткий истерический смешок.
– Ты же его не видел, так? Видел его татушку, его глаза. Я встречала парней, которые не боятся никого на свете, кроме него.
– Да уж, наслышан.
Она наклонилась ближе и понизила голос:
– И он еще не самый главный злодей. У него есть начальник.
– Они сидят в новом стеклянном здании в нескольких кварталах отсюда? – спросил Грей.
Барменша отложила пропитанную кровью тряпку и взяла другую.
– Да чтоб я знала!
– Почему меня не убили?
– Я всего лишь за стойкой работаю. Меня послали привести тебя в чувство. Похоже, они кого‑то ищут. Девушку. Может, ты ее знаешь?
– Что за девушка? – Кулаки Грея сжались.
– Вроде как красотка. В жизни ее не видела. – Барменша бережно отерла ему лоб. – Если ты ее знаешь, тогда выкарабкаешься. Других шансов нет.
– Зачем она им?
– Говорю же, я просто обслуга. Ты ведь знаком с этой девушкой, точно? – Ее голос превратился в заговорщический шепот. – Ты мне скажи, где она, и я нас обоих вытащу. Заключу сделку. – Она не то икнула, не то хихикнула. – Сделку с дьяволом.
– Нас троих, – поправил Грей.
– Чего?
– Тебе нужно вытащить нас троих. Меня, тебя и твою Лиззи.
Она опустила глаза.
– Да, точно.
– Уйди с глаз моих долой.
Лицо барменши исказила гримаса ярости, глаза полыхнули гневом. Она чиркнула ногтями по лицу Грея.
– Ах ты тварь поганая! – взвизгнула девица. – Где она? – Грей снова почувствовал ее когти у себя на щеке. – Он тебя на куски порежет и сожрет твое сердце; мы выпьем твою кровь, а кости в помойку повыбрасываем!
Дверь резко распахнулась. Когда барменша увидела в дверном проеме худощавого мужчину примерно того же возраста и такой же комплекции, как Грей, одетого в черный плащ, она подавилась ругательствами и шарахнулась в сторону со словами:
– Я старалась, Данте. – Барменша повесила голову. – Старалась, но ему нечего сказать…
– Оставь нас, – скрежетнул Данте с французским акцентом. Вдобавок Грей с удивлением обнаружил, что он шепелявит.
Барменша выскочила из кладовки и закрыла за собой дверь. Данте бесстрастно разглядывал Грея, стоя в другом конце помещения. Вытянутое лицо пособника Дария отличалось средиземноморскими чертами, а на макушке виднелась татуировка. Лучи пентаграммы паучьими лапками спускались вниз. Данте сделал несколько шагов вперед и остановился в футе от пленника.
– Доминик Грей. – Когда Данте заговорил, стало заметно, что резцы у него подточены. – Спасибо, что облегчил мне работу.
– Я думал, что твоя работа в Париже, – заметил Грей. – И заключается она в том, чтобы потрошить невинные жертвы в маленькой пещерной преисподней.
– Где Ева?
– Кто? – удивился Доминик.
Данте провел по резцам языком.
– Мы знаем, что она помогла тебе в катакомбах.
Грей не подал виду, но голова у него пошла кругом. Откуда сатанисты узнали, что в катакомбах ему помогли, и кто эта Ева? Это очередное имя Анки или совсем другая женщина? И почему ее зовут так же, как девушку из прошлого Виктора?
– В катакомбах, приятель, я был один. Уверен, те твои дружки, которым удалось выжить, за это поручатся.
Данте сжал челюсти.
– Ты до сих пор живой только потому, что она нам нужна. Спрошу еще раз: где Ева? Босс знает, что вы были вместе.
– Она не его кукла.
Данте лишь улыбнулся, и Грею это не понравилось. Совсем не понравилось.
– Ты говоришь о Саймоне, или, иначе, Дарии? – поспешил продолжить разговор Доминик. – Сколько вообще у него имен? Тебе не хочется побольше узнать о человеке, на которого ты работаешь, прежде чем убивать по его приказу?
– Зачем? – бросил Данте.
Бесстрастность, с которой прозвучал ответ, нервировала Грея, вызывая легкую дрожь; именно так люди с рациональным складом ума обычно реагируют на нелепую логику психопатов.
– Я ведь многое про тебя знаю, – заявил Доминик. – Знаю, что случилось с твоими родителями и сестрой. – Он запрокинул голову к спине, где шрамы от отцовских побоев и сигаретных ожогов были замаскированы японской татуировкой
Данте шагнул к Грею, выпучив глаза и явно с трудом сохраняя контроль над собой: это было заметно по тому, как подергивалось его лицо.
– Ты ничего не знаешь о боли. – Он достал лезвие в фут длиной и плашмя ударил им по левому боку пленника, по сломанным в драке ребрам.
Грей резко выдохнул и стиснул зубы.
– Я знаю, что она в голове. И управляет тобой только в том случае, если ты слаб.
– Она управляет тобой в любом случае. Все зависит от ее силы.
