Впрочем, Радек не терял присутствия духа. У него не было времени разбираться со старинными обычаями или недоверчивыми селянами, поэтому он просто бродил по абсурдно крутым улочкам, ныряя в древние проходы меж домов, заглядывая во все табачные лавки и кафе. Он даже пристал с вопросами к посетителям единственной пиццерии. А еще подошел к старикам, сидевшим в ряд на каменном выступе перед церковью, и обошел всех по очереди. Смуглые деды либо бросали на него уничижительные взгляды, либо просто игнорировали. Виктор выругался сквозь зубы, но не бросил начатого.
На краю деревни он зашел в бар, терраса которого смотрела на окружающие горы. Безрезультатно продемонстрировав фото всем посетителям, профессор заказал бутылку воды и в разочаровании уселся на террасе, давая отдых ногам.
Время поджимало, и решительное полуночное противостояние с Дарием неуклонно надвигалось, как грохот снежной лавины. Может, тот лишь ненадолго заезжал сюда или прислал кого‑то из своих людей?
Нет, возразил самому себе Виктор. Если Дарий действительно шел по следу гримуара, ведущему в эту деревню, то должен был приехать лично. Никому другому он бы не доверил такую миссию.
Профессор допил воду. Ноги горели, но ветерок на террасе высушил пот под рубашкой. Когда Радек поднялся, чтобы уйти, один из посетителей бара, заросший парень с обветренной кожей, поднял на него взгляд. Виктор снова сел и сделал тому знак присоединиться. Парень нерешительно подошел. Как и старик из Сант-Амброджо, он говорил по-итальянски с сильным акцентом, вплетая в речь непонятные сицилийские слова. Усевшись за столик, местный обеими руками обхватил свой бокал с пивом.
– Мужик с фотографии? Видел я его.
Виктор подался вперед:
– Где?
Парень обернулся через плечо, на остальных посетителей, и понизил голос:
– В деревне нет работы. Я проводник, вожу туристов по горам, у меня жена и сын и… денег мало, – неловко закончил он.
– Как тебя зовут? – спросил Виктор.
– Антонио.
Радек знал, как развязать Антонио язык, поэтому извлек из кошелька две купюры по сто евро. Слишком много, конечно, но срок почти вышел. Виктор протянул деньги через стол:
– Это поможет?
Антонио схватил купюры и выпрямился в кресле, снова превратившись в гордого сицилийца.
– Тот мужик приезжал в Джерачи несколько месяцев назад, искал проводника.
Виктор заставил себя сдержать нетерпение.
– И ты к нему нанялся?
– Он заплатил не хуже вас.
– Куда его нужно было доставить?
– Он спросил, есть ли в горах возле Джерачи монастыри или церкви, – пояснил Антонио.
– И?
– Я ответил, что есть, четыре или пять. Его интересовали самые старые, чтобы веками стояли. Я сказал, один есть. Монастырь.
– Какой конфессии? – поинтересовался Радек.
– Мы же на Сицилии, – нахмурился Антонио.
– Значит, католический, – пробормотал Виктор и стал думать, что мог представлять собой обосновавшийся тут монашеский орден, многие из которых веками существовали на Сицилии. – Не знаешь, у этого монастыря были связи с «Тутори»?
– С кем?
– Тебе известна история этого монастыря? – задал другой вопрос Виктор.
– Я знаю только, что никто и упомнить не может, когда он появился, и монахи держатся сами по себе.
– И никто не полюбопытствовал, что там?
– На Сицилии таких вопросов не задают, особенно Церкви. Ей зачем‑то нужно, чтобы этот монастырь тут был, а рассказывает она нам ровно столько, сколько считает нужным.
Если «Тутори» действительно здесь обосновались, подумал Виктор, они правильно выбрали место.
– Что ты знаешь про сам монастырь? – продолжил он расспросы.
– Очень маленький, и добраться туда тяжело: просто крохотная церквушка на вершине горы и всего пара монахов. Один из них несколько раз в году приходит в город за припасами.
– Когда ты видел его в последний раз?
Парень покатал бокал между ладоней.
– Довольно давно. Вроде в прошлом году.
– Я так понимаю, ты отвел человека с фотографии в монастырь? – уточнил Виктор.
– Да.
– Может, кто‑то еще приезжал сюда и расспрашивал об этом месте?
– Мне точно никто больше таких вопросов не задавал, – ответил Антонио.
У профессора появилось очень плохое предчувствие насчет того, что может ждать его в монастыре.
– Ближе, чем Джерачи, к монастырю жилья нет?
Антонио кивнул.
– Монастырь в глубине Мадонских гор, одних из самых далеких от цивилизации гор Сицилии. – Должно быть, он заметил, как расстроился Виктор, потому что ухмыльнулся и добавил: – К счастью для вас, Джерачи – одна из самых далеких от цивилизации деревень Сицилии. Тут ведь не Альпы. До монастыря всего полдня пути, а верхом и того быстрее. Хотите, доставлю вас туда?
Виктор извлек еще три сотенные купюры и протянул парню:
– Разумеется. Нанимаю тебя как минимум на весь день.
– Когда хотите отправиться? – поинтересовался Антонио.
– Как только ты допьешь свое пиво.
Парень мигом опрокинул в себя остаток содержимого бокала.
Проводнику потребовался час, чтобы найти лошадей и встретиться с Виктором у западной оконечности деревни.
