– Она исчезла быстрее северного лета. С полицией был один человек – помнишь, я тебе говорил, что он меня преследует? Я еще считал, что он имеет отношение к организации Дария.
– Да, я видел его под конец. Он привел ко мне медиков.
– И еще навестил меня в больнице, – сообщил Виктор. – Его фамилия Фарината, он большая шишка в швейцарской гвардии Ватикана. Кто‑то в церкви обнаружил, что несколько кардиналов скомпрометированы, и Фаринату послали исправить положение.
– А преследовал он тебя потому, что понятия не имел, как подступиться к делу, зато знал, что ты расследуешь все эти убийства. Но ни разу не заговорил с тобой, поскольку хотел убедиться, что все доказательства будут уничтожены до того, как у посторонних будет шанс их увидеть.
– Вероятно, – кивнул Радек. – Вообще‑то сам Фарината ничего об этом не сказал. Любопытно, что он ничего не слышал о «Тутори», но доложил в Ватикан, когда я отправился на Сицилию, и там сообразили, что к чему.
– Вот им там в Риме икалось, наверное. До изжоги. И Жак передал гвардейцу мое сообщение?
– Либо так, либо у Фаринаты связи в лондонской полиции, – пожал плечами Виктор. – У Ватикана свои способы держать руку на пульсе событий.
– А потом, значит, наш друг явился к тебе в больницу, поджав хвост, и стал умолять о молчании.
– И спрашивать, не существует ли копий видеозаписи, – подхватил Виктор. – Вот от этой перспективы у них там точно изжога. Впрочем, Фарината принес извинения от имени церкви и предложил компенсацию за наши неприятности. Я отказался.
– Спасибо, что со мной посоветовался, – сухо проговорил Грей и забросил в рот кусочек сашими с тунцом. – Дарий, я полагаю, мертв?
– Прежде чем Анку успели оттащить, она пырнула его ножом двадцать три раза.
Грей вспомнил тревожные слова, которые Анка сказала ему под конец, и жуткое выражение, появившееся у нее на лице перед тем, как она убила Дария. Он положил палочки, не донеся до рта очередной кусок.
– Похоже, она все‑таки ненавидела Гассомиана.
– Или верила в то, что сказал мне священник с Сицилии, – с ухмылкой предположил Виктор. – Будто у Ахримана может быть только один избранник. – Он махнул рукой, мол, чего уж там. – Каковы бы ни были ее мотивы, Анку арестовали. И вот еще что: Жак выяснил, что на твоем рейсе в Сан-Франциско была зарегистрирована пассажирка Ева Саммерфилд из Глейсдейла. Надеюсь, ты будешь спать спокойнее, узнав, что Анка все‑таки была на борту.
Грей подумал, что спокойного сна ему не видать еще долго. Была ли Анка безумна с самого начала, или Дарий издевательствами довел ее до психического заболевания? Может быть, она тоже имела шанс заглянуть в проклятый гримуар? Неужели текст этой книги способен искажать реальность или ее восприятие?
Вопреки мрачному взгляду на мир, Грей по сути был оптимистом, когда дело касалось потенциала человеческого духа. Ему по-прежнему хотелось помочь женщине, чьи прикосновения преследовали его во снах и чье прошлое, если принять его на веру, было печальным, независимо от того, что произошло потом. Неплохо бы избавить бедняжку от ужаса серых стен и решеток.
Но потом его мысли перешли от ее манящих губ и искренних зеленых глаз к личности женщины, которая соблазнила множество мужчин, в число которых, видимо, вошел и он сам, а потом оставила в спальне каждого из них полный яда пузырек; женщины, которая творила черт знает что на обнаруженной Виктором видеозаписи; женщины, которая уверенно и целеустремленно перемещалась по парижским катакомбам, общалась с членами L’église de la Bête, чувствуя себя как дома среди зловеще ухмыляющихся черепов и костей.
Женщины, которая до самого конца пыталась его использовать.
Кем бы ни была изначально Анка, сейчас она превратилась в нечто совершенно иное, и ее утраченная невинность была использовала силами зла как оружие. Так же, как ее необычайная красота и лживость.
– Фарината сказал, что «Гримуар Ахримана» не нашли. – Слова Виктора вернули мысли Грея к реальности. – Хотя Дарий должен бы хранить его у себя под боком. У меня есть сильное подозрение, что книга теперь находится в каком‑нибудь тайном сейфе Ватикана.
– А как историю подали в новостях и передовицах?
– Ватикан устроил, чтобы все было шито-крыто, а поскольку Найлс Уайдкомб – известный член парламента, подозреваю, что британское правительство не слишком протестовало. Вышел пресс-релиз, где говорится, что Саймон Азар решил взять паузу и посвятить некоторое время духовному совершенствованию. Многие его последователи уже разбежались, другие откололись, создав собственные группы, а третьи провозгласили его новым мессией и теперь ждут, когда он вернется.
– Какая прелесть.
– Жак тоже кое-что прояснил, – продолжил Виктор. – Как мы и подозревали, в рукаве Дария обнаружилось крошечное зажигательное устройство, этакий замысловатый мини-огнемет.
– Но как огонь так быстро охватывал жертв? И как тебе удалось этого избежать?
