– Да, я тот самый Ипокриан, – кивнул Алистер, – но к основанию ипокрианства не имею никакого отношения. Я не был ни святым, ни пророком, я был всего лишь духовидцем, хотя тогда и не знал этого, и просто рассказывал людям о том, что видел. – Он пожал плечами. – Мои истории начали передаваться из уст в уста, и со временем люди исказили их суть до неузнаваемости. Они верили в то, во что хотели верить. Им не нужна была истина, потому что у них была своя правда.
– Когда мы с тобой виделись в храме, мне иногда казалось, что ты – Творец, который спустился на землю, чтобы посмотреть, как живут люди, – признался Флинн.
– Ты разочарован? – Алистер склонил голову набок.
– Нет, я даже рад, что ты не он, – ответил Флинн. – Иначе бы вышло так, что Творец хотел уничтожить собственное творение. И все же я не понимаю, как так получилось, что твой Танат пожалел тебя? Ты какой-то особенный, что ли?
– Нет, – возразил Алистер, – я был таким же, как и все остальные люди, не считая моего дара. – Он нахмурился, как будто старательно пытался вспомнить что-то из далекого прошлого. – Впервые я увидел своего Таната, когда мне было двенадцать лет. Я пас овец, и одна из них случайно упала в реку. Я хотел спасти ее, но сам чуть не утонул, и тогда на берегу реки появился он – мужчина в черном плаще. Я начал кричать, просил спасти меня, но его взгляд был таким бесстрастным, таким холодным, что я быстро понял: он мне не поможет. Я не помню, как выбрался из реки, но с тех пор стал часто видеть этого загадочного мужчину. – Легкая улыбка тронула губы Алистера. – Я постоянно разговаривал с ним. Люди вокруг меня думали, что я болтаю сам с собой. – Он вдруг рассмеялся. – Почти так и было, потому что он никогда не отвечал мне. Все чаще мне стало казаться, что он всегда рядом, просто иногда прячется за деревьями или домами. В какой-то момент я начал считать его своим единственным настоящим другом. Так глупо, да? Но я был ребенком, и других друзей у меня не было…
Алистер замолчал, и Флинн уже хотел спросить его о чем-то еще, но тот снова продолжил говорить:
– Когда мне исполнилось семнадцать, я почувствовал, что во мне начало нечто расти, вот здесь. – Он коснулся своей груди. – Мне стало трудно дышать, больно глотать еду, я кашлял кровью. Каждый день казался последним. С этой мыслью я прожил еще месяц, пока однажды последний день действительно не настал. Вечером в моей комнате появился тот самый мужчина в черном плаще и произнес первое и единственное слово: «Пора». В то мгновение я окончательно осознал, кем он был на самом деле. Иногда мысль о том, кто он, приходила мне в голову, просто я не хотел признавать, что мой единственный друг – это моя Смерть. – Алистер горько усмехнулся. – Я не хотел умирать в своей постели, поэтому поднялся на высокий холм, сел под деревом и, прислонившись к его шершавому стволу, стал любоваться последним закатом в своей жизни. Вскоре там же появился и мой Танат. Я повернулся к нему лицом и, прикрыв глаза, улыбнулся. Я не молил его о пощаде, потому что знал, что это бессмысленно, вместо этого я прошептал ему: «Спасибо, что был моим другом». Открыв глаза, я думал, что увижу мир мертвых, но я был еще жив. Я сидел все под тем же деревом и наблюдал, как мой Танат сгорает в последних лучах солнца… И с тех пор я не состарился ни на день.
– И чем же ты был недоволен? – спросил Флинн. – Вечная жизнь – это же подарок! Зачем было устраивать конец света?
– Так может думать только тот, кто не жил вечно, – ответил Алистер, вздохнув. – Уже через триста лет я устал жить. Все вокруг казалось бессмысленным, шли столетия, и все чувства начали притупляться. Я больше не испытывал ни радости, ни любви, ни сожаления, я как будто истлел изнутри. Моя жизнь стала абсолютно пустой, и я мечтал лишь об одном – о вечном покое. И вот однажды наступил день, когда я попытался покончить с собой, но… – он прищелкнул языком, – у меня не получилось. Я испробовал все способы, но даже самые глубокие раны и страшные ожоги моментально исчезали.
– И тогда ты решил, что если уничтожишь мир, то умрешь вместе с ним, – догадался Флинн.
– Да, мне сказали, что это должно сработать, – произнес Алистер.
– И кто тебя надоумил? – поинтересовался Флинн. – Тебе ведь кто-то помогал из Потусторонья, сам бы ты не справился.
– Не знаю, – медленно качая головой, ответил Алистер. – Я никогда не видел это… – он замолчал, пытаясь подобрать нужное слово, – это создание. Я слышал только голос, такой необычный, как будто несколько человек говорили в унисон.
Флинн подумал, что не зря подозревал Сфинкс. Видимо, ей стало настолько скучно, что она решила уничтожить надоевший ей мир. Флинн посмотрел на Властелина Смерти, и, когда их взгляды встретились, он понял, что тому уже обо всем известно.
– Я не могу отпустить тебя в мир живых, – сказал Властелин Смерти, обращаясь к Алистеру. – Но и в мире мертвых ты долго не можешь находиться. Хоть ты и бессмертный и законы Творца на тебя действуют иначе, чем на других, – тебе здесь не место.
– И что же меня тогда ждет? – спокойно спросил Алистер.
