В итоге в эфир вышел сюжет, который продолжал дискредитировать как школу, так и ее директора. В нем уют, новая мебель и кружевные занавески объяснялись поборами, причем прозвучало это из уст самого директора. Он сказал: «Вы видели, как у нас красиво и аккуратно? В каких условиях дети получают знания? А почему так, как вы думаете? Потому, что мы с малолетства воспитываем наших учеников, что чисто не там, где убирают, а там, где не сорят. Дети привыкают смотреть на школу, как на свой дом. И стремятся его украшать. Есть случаи, что дети приносили из дому выращенные их руками цветы, и они до сих пор растут в наших залах и коридорах, поднимая детям настроение и прививая им чувство прекрасного. Родители помогают, кто чем может. Кто у себя на производстве мебель для класса изготовил, кто кабинет компьютерами оснастил… Насколько позволяют средства, разумеется. Сами мы, силами только своего учительского коллектива, никогда не справились бы». В эфир же пошло: «Родители… кто у себя на производстве мебель для класса изготовил, кто кабинет компьютерами оснастил… Сами мы, силами только своего учительского коллектива, никогда не справились бы». Смонтировали так: взяли подставную мамашу, которая жаловалась на поборы, и сразу за ее причитаниями поставили эти слова директора… Про то, что старшие ученики отбирали деньги у малышей, директор отозвался следующим образом: «Было. Ну, а что? Мы же в этом мире живем, а не в каком-то идеальном. А раз мы от мира сего, то чего ждать от наших детей? Но с этой бандой мы очень быстро разобрались, все были поставлены на учет в детскую комнату милиции. Слава богу, больше подобных безобразий не повторялось. Вот уже десять лет». В эфир же пошло: «Ну, а что? Мы же в этом мире живем, а не в каком-то идеальном. А раз мы от мира сего, то чего ждать от наших детей?» После эмоционального рассказа женщины, ребенок которой потерпел от хулиганов, подобное заявление выглядело цинично. Из восхвалений учеников и родителей, которые нарочно пришли в учительскую, потратив свое свободное время, чтобы защитить любимого директора, были нарезаны фразы: «Да, он крут…», «Уж если возьмется за кого, то ему не поздоровится» и так далее в том же духе.
После того, как сюжет вышел в эфир, позвонил разгневанный Илья.
– Девушка, скажите, кто вам и заплатил и сколько?
– Не смейте меня оскорблять! – отрезала Даша и бросила трубку.
Позже коллеги из коммерческих телекомпаний говорили ей, что несчастный Илья просил, чтобы хотя бы они спасли его репутацию – дали в своих «Новостях» объективную информацию. Однако из корпоративной солидарности никто не откликнулся на его просьбу.
Спустя месяц Аркадий Добровольский вновь пригласил их к себе. И опять на столе стоял дорогой коньяк и ваза с шоколадными конфетами. И секретарша Светлана бесшумно расставляла рюмки, обворожительно улыбаясь и обдавая их ароматом французских духов…
– Друзья мои, вот моя маленькая благодарность за ваш труд, – бизнесмен вручил Печенкину и Даше по конверту. – Работа была проведена блестяще!
– Я тут ни при чем, – скромно возразил режиссер. – Это Дашенька сама все выискивала, организовывала…
– Трудно пришлось, – призналась Даша. – Но я исходила из того, что мир тесен, и найдутся люди, готовые свидетельствовать против него, так как всегда есть недовольные.
– Вы очень умны и наблюдательны для вашего возраста, – отметил Аркадий.
– Но, Аркадий Михайлович, действительно помогли вам Дашины сюжеты?
– Э-э… Дело в том, что, хоть работа сделана добротно, я не смог успокоиться, ну, мне надо знать наверняка, а не рассчитывать на авось… И со своей стороны я что сделал – заказал независимый опрос населения, телефонный, в ходе которого выяснилось, что, несмотря на черный пиар, – все равно преимущество за Умновым. Ну не хочет наш электорат голосовать за правящую партию! Большинство отдает свои голоса за оппозицию. И для того, чтобы добиться своего и стать-таки депутатом, я вышел из «Единой России», предварительно договорившись с КПРФ, что вступаю в их коммунистические ряды и иду на выборы от них, разумеется, заплатив им энную сумму денег. И согласились!
– Коммунисты? Согласились?! – округлила глаза Даша.
– Все-таки вы еще не все уяснили об этом мире, – снисходительно улыбнулся Аркадий. – Коммунисты встроены в эту систему, а значит, деньги-то им тоже нужны, как и всем. Но интрига в том, что Илья Умнов тоже должен был идти по спискам КПРФ, и его место как раз и отдали мне.
– И как он отреагировал?
– Утерся! А как иначе? Родная партия так решила.
Позже, уже после выборов, когда Аркадий добился своего и стал депутатом, Даша узнала, что разочарованный Илья вышел из коммунистической партии.
Глава 5
Были командировки и с Жан Жанычем. Одна из них особенно запомнилась Даше, так как фильм получился настолько удачным, что был записан в архив ГТРК, а в перемонтированной версии его отправили на конкурс, где он получил одно из призовых мест и специальный диплом за мастерство оператора. Это постарался Игорь Малышев, который ездил с ними в качестве оператора и режиссера.
