Они выехали по заказу золотоискателей – артели из Москвы, которая намывала золото в отдаленном уголке Алтайского края. У золотоискателей вышел конфликт с местными жителями, которые решили, что процесс намывания золота при помощи химических реактивов, сливавшихся поле отработки в почву, может нанести вред здоровью местного населения. Собственно, все и началось с коллективного письма жителей на телевидение с просьбой приехать и разобраться. Поскольку стало ясно, что обвиняют бизнесменов, появилось желание повернуть журналистское расследование к взаимной выгоде при условии, что золотоискатели заплатят за это. Жан Жаныч, как самый ловкий, дипломатичный и опытный менеджер, вышел на связь с золотопромышленниками, проинформировал их относительно письма, а также того, что телевидение готово выехать на место, чтобы рассказать всему миру о циничных способах ведения бизнеса москвичей. Те оценили возможный ущерб и пришли к выводу, что он в любом случае окажется больше грабительской цены за, в общем-то, ненужный им фильм. И вот в одно прекрасное майское утро на место действия выехала съемочная группа в составе Жан Жаныча, Даши и Игоря. За рулем на этот раз был пожилой опытный водитель Николай Васильевич, так как им в командировку выделили УАЗ, учитывая труднодоступные места, ожидавшие их впереди.
Ехали долго, около девяти часов. Сначала путь их лежал по бескрайним равнинам Алтайского края, которые утомляли взгляд своим однообразием. Жан Жаныч ехал мрачный, затем велел водителю притормозить около придорожного трактира. Вылезли из машины, размяли ноги, полной грудью вдохнули степной воздух, показавшийся чистым и вкусным после городского смога, как чистый родник после мутной реки, протекающей по городу и несущей в своих водах все канализационные сливы. В трактире закусили яичницей и пивом, а Жан Жаныч, не закусывая, осушил граненый стакан водки. Поехали дальше. Через несколько часов пути пейзаж стал разнообразнее: равнину стали пересекать холмы, сначала пологие, затем все более крутые, на горизонте показалась темная каемка древних Алтайских гор. Как-то незаметно шоссе превратилось в узкий серпантин. По обеим сторонам узкой дороги над ними нависали скалы, состоящие из слоистого камня.
По мере того как машина забиралась все выше, пейзаж становился все более захватывающим, красивым, величественным. До самого горизонта растянулись горы, поросшие лесом, их вершины плавно перетекали одна в другую. За поворотом всякий раз открывалось что-то неожиданное – то живописная долина, то ущелье.
В первый вечер заночевали в поселке, где жил сотрудничавший с телевидением местный эколог, молодой, влюбленный в родные края парень.
– Жалко, что вы проездом, – сказал он. – Когда уже к нам заедете, чтобы новый фильм снять? Мне есть что рассказать, показать.
Ему не стали говорить о том, что на телевидении сворачиваются тематические программы, одна за другой закрываются редакции: завершила свое существование передача о буднях села, выходившая в эфир без малого тридцать лет, исчезла с экранов и экологическая передача, а их авторы оказались на улице. Пенсионеры сели по домам, вспоминая дни былой славы, а молодежь или распрощалась с телевидением, или подалась в Москву.
