– Согласно этой версии, стихии появились в нашем мире лишь потому, что их принесли с собой боги Великого Аркана, которые на момент взрыва еще не были рождены. Не перебивайте! Спасибо. Так вот. Такими богами были древние драконы. Их кладка разлетелась по разным сторонам Вселенной, скорлупа обросла панцирем, исходившие из пор скорлупы газы образовали атмосферу, и вокруг яиц зародились планеты. Многие так и не вылупись, но среди вылупившихся был Пожиратель планет Аброхейм. Кстати, – вдруг прервал себя Наставник, – проверка домашнего задания! Как называется наша звездная система?
– Система Дракона.
– Почему?
– Потому что… Она входит в состав созвездия?
– Как она может входить в состав созвездия, когда мы отсюда видим это созвездие целиком?
– Ну… Может, одна из ее звезд – это наше солнце?
– Уже теплее, но все равно бред.
– Почему тогда?
– Потому что Норт, Лакмен, Арак и Хаурон – четыре планеты, имеющие, согласно представлениям древних, драконье происхождение.
– То есть из ядра планеты вылупился дракон? – уточнила я, чувствуя, как сквозь голос прорывается скепсис. – Норт и Хаурон поэтому погибли? Скорлупа разрушилась?
– Нет. Скорлупа не разрушится от такого. Объясню. Возьмем страусиное яйцо. Вы его видели? – я покачала головой. – Считайте, что оно размером с вашу голову, а, может, и больше. Чтобы его разбить, не нужно денно и нощно бить его об камень. Достаточно высверлить небольшую дырочку в его скорлупе.
– Она не развалится?
– Нет. Слишком твердая. Так и с яйцом дракона. Оно настолько огромно, что, если дракону удавалось пробить его и выползти наружу, оно оставалось целым, а внутренности естественным образом запечатывались водой или магмой.
– Тогда почему Норт и Хаврон погибли?
– Их погубил Пожиратель планет. Легенды говорят, что он был рожден нашей землей, Араком, и прежде чем вознестись к Небу, долго бродил по земле и видел много ужасного. Но еще более ужасными показались ему планеты собратьев, и он погубил их.
– И что с ним стало?
– Это только легенда, но считается, что его убил дракон с Хаурона много после его разрушения. Говорят, что островные народы – неферу Аксенсорема, Мортема и Драконьих островов – живут на окаменевшем теле Пожирателя планет.
– Разве Мортем относится к островному государству?
Наставник покачал головой. Бормоча себе под нос что-то о несостоятельности придворного образования, он вытащил из вороха карт одну, самую старую, и расстелил на столе.
– Вот так выглядела наша земля в древности. Видишь? Контуры тела дракона. Многие тысячелетия прошли прежде, чем земля стала такой, какой мы ее знаем. Немало островов ушли под воду, многие прибились к суше и стали ее частью. Мортемские острова были малочисленны, но очень велики и изначально находились близко к материку. Но то, что они столкнулись с сушей, вовсе не означает, что они перестали быть частью Дракона. Мортемцы никогда не назовут себя валмирцами, потому что все мы, неферу, верим, что именно принадлежность к телу Дракона делает нас особенными.
***
Через неделю Наставник Фирр, ведший ночной образ жизни, потому как основу самой его жизни составляло наблюдение за звездами, пришел к нам в комнату еще до того, как мы проснулись, нарушая все мыслимые и немыслимые приличия. Громко хлопая дверями, навязчиво скрипя стульями, он лично раздвинул шторы. Кольца с протяжным скрипом заскользили по карнизу, и Джек подорвался с кровати, готовый разразиться ругательствами.
– Альфред! – подслеповатые ото сна глаза различили только крупную фигуру на фоне золотого света, но вот они выхватили светлые волосы и бледную кожу. – Наставник Фирр?
– Доброе утро, маркиз, – поприветствовал тот мягким голосом. – Сегодня прекрасная погода.
Джек уронил голову на руки и застонал. Половину ночи они провели, рассматривая созвездие Дракона, в котором, по словам Наставника и вопреки ряду распространенных легенд, отсутствовала только одна звезда – сердце дракона, звезда Атебайн. Наставник со свойственной ему увлеченностью рассчитывал по наблюдениям тысячелетней давности, где могла упасть эта звезда, и доказывал клюющему носом Джеку, что упала та непременно где-то в Море тонущих кораблей. В конце концов, Джек заснул и, потеряв концентрацию, упал со стула, выведя тем самым Наставника из увлеченного транса, в котором пребывают ученые, рассказывающие о том, что понятно зачастую только им самим.
– Наставник Фирр, сколько сейчас времени?
– Зависит от того, какой вы сегодня, – ответил Наставник. – Сегодня вы любите знания или людей?
Этой фразой Великий наставник встречал нас каждый день, тем самым он будто спрашивал: «Кто вы сегодня, маркиз?»
Джек прикрыл лицо обеими руками и громко зевнул. Существование приличий не трогало его, когда он находился в кровати.
– Людей, – буркнул он, не желая начинать утро с лекции о падающих звездах.
– Тогда самое время, чтобы отправиться на озеро Тейт! – объявил аксенсоремец так, словно эта прогулка должна была стать величайшей радостью для Джека, и Джек подумал, что независимо от его ответа планы Наставника остались бы неизменными.