Встретила их деревня парочкой застрявших на дороге машин. На них лежал толстый слой пыли, превратившейся с годами в потеки грязи. Они закрывали стекла полностью. Ради удовлетворения любопытства Максим потянул за ручку водительской двери. Дверь с жутким скрипом заржавевших петель подалась. В салоне, довольно чистом, было пусто. На заднем сиденье лежали большие сумки. Бегство не состоялось.
— Командир, смотри, — Егор стоял возле второго автомобиля.
Максим подошел. На грязной крышке багажника пальцем был нарисован символ фанатиков «Mir оf Fear» — перевернутое солнце. Причем сделан рисунок был относительно недавно. Ни дожди, ни пыль еще не успели сровнять его с остальной поверхностью. Он точно был сделан после схода снега. Максим открыл багажник и зажал нос.
В нем лежал обезглавленный труп. На вид ему было месяца два. Плоть, оставшаяся на костях, уже задубела и стала черной. Грудная клетка открылась, обнажив ребра и темнеющий под ними позвоночник. Максим закрыл крышку и отошел в сторону. Аппетит как рукой сняло.
— Откуда они тут? — удивленно спросил Макар.
Про «страховщиков» уже не было слышно пару лет. Думали, что они уехали подальше от водохранилища, не в силах бороться с организованным противодействием.
— А если это и не они? А кто-то под их маркой? — предположил Толик. — Чего тут делать перед самой зоной?
— Надо оглядеться, — Максим посмотрел по сторонам. — Придется прошвырнуться по дворам и домам, — его рука рефлекторно полезла в карман за потемневшим от времени портсигаром.
Отряд пустил по кругу одну сигарету. Подождали немного, чтобы действующее вещество разошлось по крови, и отправились прочесывать дома. Первые же осмотры показали, что следов присутствия человека в них нет, зато полно свидетельств оккупации жилого пространства животными. Почти в каждом воняло мочой, в углах лежали кучи собачьих, а, возможно, и лисьих экскрементов. Истлевшее постельное белье было скручено в гнезда и сильно испачкано грязью и шерстью.
— Как мы и думали. Свято место пусто не бывает, — заметил Толик. — Нора со всеми удобствами.
Осматривали сараи и гаражи, но с присутствием человека так и не столкнулись. Животных тоже не встретили. Видимо, домами они пользовались только в зимнее время. Лишь на другой стороне села нашли след, оставшийся от забуксовавшего автомобиля. В колею бросали деревяшки, какое-то тряпье, чтобы он выбрался. Судя по состоянию, колея вполне могла совпадать со свежестью трупа.
— Это было начало мая, — предположил Макар. — Где-то так.
— Вообще похрен, когда это случилось. Не нравится мне, что они где-то рядом трутся, — не сдержался Толик. — Самим бы не наследить, чтобы они за нами в погоню не кинулись.
— Да уж, начальство будет в шоке, — Максим подумал о своем. — На этой территории с ними драться будет сложнее.
— Да пошли они! — Толик сплюнул. — Сами передохнут.
Максим краем глаза увидел какое-то движение возле сарая и мгновенно скинул с плеча автомат. Отряд распределился по своим местам, выставив перед собой оружие.
— Что ты видел? — шепотом спросил Макар.
— Не знаю, — Максим на полусогнутых ногах бесшумно подошел к сараю.
Выглянул из-за стены и увидел кошачий выводок вместе с рыжей мамой-кошкой, испуганно смотрящей на него во все глаза. Она мгновение оценивала ситуацию, и резво сиганула на крышу по дверному косяку. Котята, которым на вид было чуть больше месяца, кинулись за ней. Последний, тоже рыжий, самый нерасторопный, сорвался и шмякнулся на землю. Максим подхватил его на руки. Котенок зашипел и выпустил маленькие, но острые коготки, которые едва смогли впиться в задубевшую кожу человеческих ладоней.
Максим вышел с ним к отряду, улыбаясь во весь рот.
— Дочке трофей, — он показал малыша, продолжавшего шипеть. — Она просила щенка, но, думаю, котенок ей понравится больше.
— Да, блин, будет, что материальное пришить к отчету, — иронично заметил Толик.
— Вы мне еще спасибо скажете, когда он мышей начнет ловить, — Максим погладил котенка пальцем по голове. — Интересно, а он уже сиську бросил?
Максим полез в рюкзак и вынул оттуда завернутый в тряпицу кусок вяленой говядины. Срезал ножом уголочек размером с ноготь и положил на ладонь, рядом с животным. Котенку, естественно, было не до удовлетворения своих нужд. Он выглядел сильно напуганным. Максим заметался, не зная, как поступить: вернуть кошке дитя, или же оставить его себе.
— Ладно, оставлю, — убедил он самого себя. — Выкормим как-нибудь. Взрослого будет сложнее одомашнить.
— Командир, отпусти меня за яблоками, — напомнил Кайрат. — Я видел тут сад неподалеку.
— Иди. Пять минут.
— Ага, — паренек перекинул автомат через шею и убежал.
Максим вынул пару магазинов к автомату из одного кармана разгрузки и засунул в него малыша. Тот шипел и сопротивлялся, пока он его туда помещал, но потом вдруг успокоился. Видимо, тесный карман пришелся ему по душе. Максим еще раз погладил рыжую голову котенка.
— Васька, Барсик, Мурзик? Как мы тебя назовем? — спросил он мягким голосом у малыша.
Тот беззвучно открыл рот.
— Кузьма ему пойдет имя, — решил Макар. — Как у домового.
