Гаусс-пушка взвыла еще раз, и всё стихло. Владелец плазменной винтовки больше не стрелял. Его противник тоже никак не проявлял себя, и передо мной встала очень неприятная проблема. Я забрался уже достаточно глубоко в Руины. Формально эта территория еще считалась нейтральной полосой, но по факту четкой границы между нетралкой и зоной полного контроля Роя не существовало. Кто бы ни устроил стрельбу в развалинах за моей спиной, нашумели они изрядно. Военные сюда, скорее всего не сунутся, а вот Рой вполне может заинтересоваться, кто это тут затеял разборки и нельзя ли помножить этого кого-то на ноль. Оставаться на месте в такой ситуации категорически не рекомендуется. Сюда могут пожаловать летающие дроны или роботы разведчики, а то и снова врежут ракетами, но это вряд ли. Слишком мало у Роя данных о противнике, а тратить ценные боеприпасы впустую он не любит.
В общем, следовало срочно валить, но выбираться из укрытия совершенно не хотелось. Здесь меня защищали стены и туша реактора. На этом фоне и с учетом моей неподвижности даже далеко не лучший генератор маскировочного поля может дать мне шанс остаться незамеченным. С другой стороны, я слишком близко от места стрельбы. Рой наверняка достаточно точно засек координаты взрывов, и в радиусе нескольких сотен метров обязательно обследует все развалины. Роботы – твари бездушные и потому упорные. Ни лень, ни скука им не свойственны. Искать будут без дураков.
Времени на принятие решения у меня практически не осталось, и, тихо выругавшись, я решил, что лучше действовать, чем пассивно ждать смерти. Выбравшись из развалин цеха, я хотел было обойти далеко стороной опасную зону, где велась перестрелка, но понял, что рискую просто не успеть. Руины – хреновое место для прогулок. Быстро ходить здесь крайне сложно, и давать большой крюк – значит, намного дольше подвергать себя повышенному риску.
Стараясь издавать как можно меньше звуков, я всё-таки пошел напрямик, надеясь, что противники, устроившие тут совершенно неуместное выяснение отношений, тоже хорошо знают повадки Роя и уже благополучно свалили в туман. Однако, прав я оказался лишь отчасти.
Стон я услышал через пару минут, когда проходил метрах в тридцати от предполагаемой позиции стрелка из плазменной винтовки. На самом деле, в сложившейся ситуации стоило просто пройти мимо. Эта разборка никак меня не касалась. Наоборот, старатели, устроившие перестрелку, подставили меня под удар Роя, пусть и невольно. Помогать кому-то из них, рискуя собственной жизнью, было глупо. К тому же вместо благодарности я мог запросто получить пулю.
Стон повторился. Судя по всему, издававший его человек был без сознания. Во всяком случае, стонал он слабо и как-то невнятно. Услышал я его только потому, что находился он совсем рядом, за пластобетонной плитой, когда-то рухнувшей на ребро с покосившейся опоры.
Пойти посмотреть? Или, не останавливаясь, рвануть к городу? Я буквально чувствовал, что у меня остаются считанные минуты. С другой стороны, вполне возможно, что с отступлением я всё-таки опоздал. Скорее всего, роботы Роя находились уже совсем недалеко, а у раненого могло найтись оружие и снаряжение, способные помочь мне выжить.
Отбросив сомнения, я обогнул плиту и оказался в небольшом закутке, со всех сторон прикрытом массивными обломками. Позицию стрелок выбрал отличную, но ему просто не повезло, что в таких делах не редкость. А еще больше не повезло мне. Этого старателя я знал, и бросить его умирать в Руинах не мог себе позволить ни при каких обстоятельствах. Майор всё-таки отправил за мной соглядатая, и сейчас он лежал на бесформенной груде какого-то хлама в треснувшем защитном шлеме и со штырем арматуры в бедре. Неизвестный владелец гаусс-пушки не смог добиться прямого попадания, но удар гиперзвукового снаряда в пластобетонную плиту наделал дел. Обломок, прилетевший по шлему, начисто вышиб сознание из боевика Синдиката, а выбитая взрывом железяка проткнула ему ногу.
Имени раненого я не помнил, но в Руинах я его уже однажды встречал. Этот парень по местным меркам считался элитой, хоть и был всего лишь рядовым в своей артели, а точнее, в боевой группе. Вот только его отряд с нашими интернатскими дилетантами даже сравнивать не стоило. Группа Кислого, как назвал их лидера Тирой, занималась не столько добычей артефактов, хотя и этим тоже не брезговала, сколько зачисткой нейтралки от черных старателей. Синдикат не собирался позволять неподконтрольным одиночкам промышлять на территории, которую он уже считал своей.
Тирой особенно не распространялся, но, как я понял, таких продвинутых групп у Синдиката было несколько, и у каждой имелась своя специализация. Кто-то ходил вглубь Руин, а кто-то боролся с нежелательными конкурентами в лице черных старателей и следил за тем, чтобы артели, вроде нашей, не нарушали установленные для них границы секторов и не устраивали разборки между собой. Прецеденты случались.
