- Я скоро вырублюсь, а стимуляторов мне больше нельзя, - с трудом выдавливая из себя слова, произнес боевик. – Аптечка отказывается их колоть. Возьми мой коммуникатор, я его разблокировал. Там на карте отмечен вход в уцелевший кусок четырнадцатого радиального тоннеля. Он давно заброшен и считается намертво заваленным, но это не так. Мы используем его для подобных случаев. Там даже ретранслятор есть, так что связаться с абонентами в городе можно прямо от входа в тоннель. Когда дойдем, вызови Кислого – нас встретят.
Еще минут десять я как-то держался, а потом мой коктейль последнего шанса выдохся окончательно. Ноги и руки начало ломить и выкручивать, как будто кто-то изнутри пытался растягивать и сжимать мои кости. Ужасное ощущение, никому не пожелаю. Туша впавшего в забытье Энрике тяжелела с каждой секундой. Правда, и до указанного на карте входа в тоннель оставалось пройти совсем немного. Вот только беспрепятственно выпускать нас с нейтралки никто, похоже, не собирался.
Силы охраны периметра развили бурную деятельность. Небо бороздили беспилотники, по наземным маршрутам, проложенным по городским окраинам, целеустремленно перемещались шагающие танки в сопровождении пехоты на бронетранспортерах, а чуть дальше, в глубине развалин мегаполиса, наверняка уже заняли позиции батареи реактивных систем залпового огня и мобильные пусковые установки тактических ракет. Власти города, растревоженные событиями на нейтралке, похоже, всерьез опасались новой вылазки Роя, хотя, на мой взгляд, не так уж сильно мы и нашумели, даже с учетом нанесенного противником ракетного удара. Впрочем, в очередной раз оглянувшись назад, я понял, в чем дело. Взрывы действительно вскрыли в промзоне какие-то старые емкости с чем-то весьма нехорошим. Полыхало там будь здоров. Пока я тащил Энрике ко входу в тоннель, пожар, охвативший развалины, успел распространиться вширь и захватывал сейчас изрядный кусок горизонта, а на город ветром несло густое черное облако дыма.
В воздухе ощутимо запахло какой-то химической дрянью. Во внешнем кармане защитного жилета Энрике нехорошо заворчал прибор мониторинга среды. Треснувший шлем помочь мне не мог, и я поспешно извлек из рюкзака респиратор с противодымным фильтром и почти свежим картриджем с универсальным поглотителем. Вряд ли это боевое отравляющее вещество, но травануться всё равно можно запросто. У Энрике в рюкзаке респиратор тоже нашелся. Зачем он таскал его с собой при наличии шлема, я не понял, однако в данном случае запасливость боевика оказалась очень нелишней.
Солдатам из отряда охраны периметра эта вонь тоже явно не понравилась. Защитой глаз и органов дыхания они пренебрегать не стали, но при этом еще и предпочли отойти подальше от границ нейтрали вглубь городских развалин, так что путь оказался почти свободен. Пришлось лишь пару раз затаиться, пережидая пролет беспилотников, способных даже в этом химическом бульоне обнаружить своими сканерами активно движущуюся цель.
Проблем с поиском входа не возникло, но в темную дыру вентиляционного колодца я ввалился уже практически без сил. Света здесь, естественно, не было, однако сканер отлично видел в темноте, и на проекционном экране четко рисовалась незакрытая дверь, за которой виднелись уходящие вправо и влево стены тоннеля. Спуск по вертикальной шахте колодца добил меня окончательно. Я привалился к стене и чуть не вырубился прямо здесь, но каким-то чудом удержался от соскальзывания в беспамятство.
Тоннель выглядел давно заброшенным. Здесь хватало всякого хлама. В некоторых местах свод частично просел, но сплошных завалов нигде видно не было. Впрочем, никуда идти я не собирался. Достав коммуникатор Энрике, я выбрал из списка нужный контакт и отправил вызов. Кислый ответил почти сразу.
- Энрике, где тебя носит? – раздраженно спросил лидер группы. – Надеюсь, эта небольшая война на нейтралке не твоих рук дело?
- Кислый, это не Энрике, - вяло ответил я, с трудом удерживая в руке ставший невероятно тяжелым коммуникатор. – Твой человек серьезно ранен и находится без сознания, но пока жив. Мы в четырнадцатом радиальном, у самого входа.
- Ты кто такой? – голос Кислого не предвещал собеседнику ничего хорошего.
- Рич из артели Тироя. Четвертый интернат. Энрике должен был подстраховать меня в первом самостоятельном рейде, но его ранил Декарт, а потом нас зажал Рой. Я сейчас вырублюсь. Словил откат от коктейля последнего шанса.
- Декарт, говоришь? – в голосе Кислого что-то неуловимо изменилось. – Жди на месте. И молись, чтобы к нашему прибытию Энрике был еще жив.
Отключиться окончательно я себе всё-таки не позволил. Хоть мы и находились в заброшенном тоннеле, но это была ещё нейтралка, и валяться в беспомощном состоянии здесь было бы весьма опрометчиво. Так и просидел почти час, тщетно пытаясь устроить поудобнее вздрагивающие от болезненных судорог ноги и с трудом сжимая в руках плазменную винтовку Энрике.
