Задача второго этапа – тайники со снаряжением Тироя и добычей из того злополучного рейда. В конце концов, майору нужно что-то продемонстрировать. Осколки брони, обломки механизмов и старая энергоячейка, добытые моими бывшими товарищами, вполне для этого подходили. Тушку робота-разведчика пока вытаскивать на свет рано. Нет у меня оружия, из которого я мог бы завалить такого противника, так что, притащи я его к скупщику, неизбежно возникнут вопросы. Да и как тащить? Тяжелый он, зараза, а гравикорректор у меня, опять же, из снаряжения Тироя, и светить его нельзя.
И всё же я решил сходить к тайнику, отмеченному на карте Энрике. Не сразу, а после решения главных задач. Схрон на нейтралке – штука не слишком надежная, и тянуть с изъятием его содержимого совершенно точно не следует. Придется опять не спать всю ночь.
Охранный периметр на границе города проблем не доставил. Похоже, о техническом коридоре, которым я вернулся в город после гибели артели, действительно никто не знал. Ну, кроме моих бывших товарищей. Во всяком случае, всё здесь осталось таким же, каким было, когда я прошел здесь в последний раз. Так что выбрался на поверхность я уже за цепью блокпостов и патрулей военных.
Над нейтралкой висела привычная атмосфера тревожного ожидания. Полного отсутствия звуков здесь не бывает никогда. Гремят на ветру мятые металлические листы, что-то регулярно обрушивается, где-то журчит просачивающаяся между обломками вода. Иногда к этим фоновым шумам добавляются звуки стрельбы и взрывов. В Руинах они разносятся достаточно далеко, многократно отражаясь от покореженных конструкций и остатков разрушенных стен.
До развалин, металлургического комплекса добраться удалось довольно быстро. Я надеялся, что после истории с Энрике снова устраивать за мной слежку не станут, но совсем уж расслабляться не стал. Минут пятнадцать я тщательно изображал ведущего поиск старателя. На удивление, даже обнаружил неглубоко под слоем обломков довольно крупный осколок бронебойного снаряда, произведенного, судя по составу, в первые годы после начала Вторжения. Не слишком великая ценность, но пусть будет, тем более что возня с этой находкой отлично вписывается в мою наспех создаваемую легенду, на случай если некий соглядатай всё-таки за мной наблюдает.
Упаковав добычу, я стал постепенно приближаться к уходящей под слой обломков металлической трубе, в которой несколько дней назад припрятал контейнер. Рядом с ней находился всё еще работающий генератор маскировочного поля, установленный мной при организации тайника. Его-то я как бы случайно и обнаружил. Этот относительно дешевый прибор вряд ли кто-то мог опознать, обнаружив его у меня. Среди начинающих старателей такого хлама ходит предостаточно. Серийных номеров на этих изделиях нет, а запоминать внешние особенности и всякие там царапины на корпусе вряд ли могло кому-то понадобиться.
Скорее всего, все мои предосторожности были лишними, но рисковать я не хотел, и потому разыгрывал спектакль со всей тщательностью. Минут пять я с большим воодушевлением шарил вокруг неожиданной находки, пока не заглянул в трубу и не извлек на свет хранившийся там артефакт. Сделал я это так, чтобы со стороны было сложно понять, что именно я достал из-под земли и засунул в рюкзак.
То, чем я собирался заняться дальше, требовало спокойной обстановки, и я решил вернуться в систему технических коридоров, один из которых и вывел меня на нейтралку. Вряд ли соглядатай, если он, конечно, существует, последует за мной в этот лабиринт. Слишком уж велик шанс быть обнаруженным.
Небольшой, но вполне подходящий закуток я еще вчера подготовил в одной из многочисленных ниш, в которые когда-то вставали на подзарядку и техобслуживание сервисные дроны. Сняв рюкзак, я включил на полную мощность фонарь и устроился прямо на недавно очищенном от всякого хлама полу.
Наконец-то у меня появилась возможность спокойно и вдумчиво осмотреть свою находку. Слегка деформированный цилиндр диаметром чуть меньше двадцати и длиной около сорока сантиметров. Полустертая маркировка на боковой поверхности. Дно на одном из торцов слегка утоплено. На нем три небольшие заглушки из упругого пластика и одна раза в четыре побольше. Насколько я понял, изучая аналогичные устройства, выпущенные в нашей колонии, маленькими заглушками прикрыты разъемы для подключения внешнего питания и интерфейсных кабелей, а большая защищает экран.
Внимательно осмотрев артефакт, я оценил повреждения, полученные кожухом. Если я правильно понял, контейнеры этого типа делались двухслойными. Внешняя оболочка, как правило, предназначалась исключительно для защиты устройства от физических воздействий. Иногда, правда, она могла выполнять еще какую-нибудь вспомогательную функцию. Например, раскладываться в фокусирующую антенну. Между наружным и внутренним корпусами имелся зазор, заполненный амортизирующим гелем или каким-нибудь другим материалом с аналогичными свойствами. А вот дальше шла уже более нежная начинка контейнера и, естественно, сам зонд, являвшийся его основным содержимым.
