Риллион велел Нейтану, Рашабальду и Магнусу отойти в сторону и, выпятив грудь, застыл на середине подъемного моста. Колонны Красных рыцарей встали по стойке «смирно», раздался какой-то металлический звон, и Магнус заметил, что со стороны южной гавани показались люди; они шли строевым шагом, и над их головами развевались вымпелы. Магнус прищурился, чтобы лучше видеть, и был поражен числом солдат, которые приближались к замку. Он догадался, что кроме больших кораблей где-то еще причалили войсковые транспорты. Улицы заполонили отряды воинов в красных доспехах; судя по всему, здесь высадилась немалая армия, возможно, тысяч пять человек, и еще несколько отрядов Красных рыцарей сопровождали короля. В арьергарде виднелись повозки с боеприпасами и провизией, кузнецы со своими молотами и наковальнями, переносными кузнечными горнами, стальными болванками и запасными частями доспехов. Все это было необходимо для многочисленной армии.
Это была армия вторжения, и Магнус беспокойно переминался с ноги на ногу, когда воины маршировали по направлению к замку. Теперь он мог различить отдельные фигуры Красных рыцарей: капитанов, лейтенантов, несколько военачальников более высокого ранга. Во главе колонны, верхом на белой лошади, облаченный в золотые доспехи, ехал один из двух людей, которым было позволено передвигаться верхом. Его нагрудник по краям украшали изображения белых орлов, а центр — искусно выгравированная корона, на бедре у него висели ножны, усыпанные драгоценными камнями. Человеку было около сорока лет, и на лице его не было видно ни шрамов, ни бороды, чтобы добавить ему мужественности и зрелости. Магнус счел, что он не настоящий воин.
С обеих сторон колонны подручные Певайна выглядывали из-за углов, чтобы полюбоваться на короля, и многих из них особенно интересовал Пурпурный священник, который ехал рядом с монархом. Рыцари, находившиеся в замке, уже рассмотрели лица всадников и начали перешептываться между собой; Магнус расслышал имя кардинала Мобиуса — очевидно, так звали священника. Кардинал был в простых стальных латах, но скипетра, символа аристократии, на нагруднике было достаточно, чтобы выделить Мобиуса среди прочих.
— А он что здесь делает? — обратился Риллион к Анимустусу.
Золотой священник был явно недоволен появлением Пурпурного кардинала, который стоял намного выше его в церковной иерархии.
— Понятия не имею, однако чувствую, что больше вам здесь не командовать единолично, Мортимер, — буркнул толстяк.
— Ваше величество, добро пожаловать в Ро Канарн, — произнес Риллион с глубоким поклоном.
Магнус с вызывающим видом прислонился к перилам моста, его цепь держал в руке сэр Нейтан, а рядом, не сводя глаз с пленника, стояли Рашабальд и еще два рыцаря. Раненский жрец не отвернулся, когда на него посмотрел король, не опустил головы, в отличие от большинства людей ро, но, не скрывая ярости, устремил на монарха ненавидящий взгляд темных глаз.
— Командующий Риллион, мой самый верный слуга, я рад видеть тебя снова, — сойдя с коня, величественно ответил король Себастьян, повысив голос, чтобы его было слышно во дворе замка. — Брат Анимустус, я надеюсь, что захват Ро Канарна принес прибыль твоему ордену? — С Золотым священником король говорил таким тоном, что Магнус догадался: король не слишком уважает Золотую церковь.
— Совершенно верно, ваше величество, золото и ценности предателя поступили в сокровищницу нашего Ордена, к вящей славе Одного Бога, — с явным удовольствием произнес Анимустус, потирая пухлые руки и принимая весьма самодовольный вид.
Кардинал Мобиус спешился, подал поводья своего коня какому-то Пурпурному священнику и подошел к королю. Риллион и Анимустус смотрели на кардинала со смесью недоверия и почтения, словно оценивая свое место в иерархии по отношению к главе Пурпурной церкви. Мобиус не обращал внимания на окружающих, просто стоял у правого плеча монарха.
— Мой король, прежде чем обмениваться любезностями, следует устроить наших людей, — негромко произнес он, затем обернулся к главнокомандующему Риллиону. — Мортимер, я надеюсь, ты выполнил то, о чем мы просили. — Судя по его тону, когда-то эти двое были хорошо знакомы.
Риллион кивнул, не отводя взгляда от кардинала.
— Разумеется, мы освободили место для построения ваших воинов… хотя я не ожидал прибытия такой большой армии.
Король рассмеялся. Это был заученный, фальшивый смех.
— Невозможно захватить страну, не имея армии, мой дорогой Мортимер, — нравоучительно произнес он.
Амейра тоже рассмеялась, и все, стоявшие на мосту, обернулись, чтобы посмотреть на нее.
— А вы, должно быть, госпожа Амейра.
Король Себастьян взял ее руку и страстно поцеловал ее, во взгляде его мелькнуло выражение эйфории — Магнус понял, что так смотрят на волшебницу те, кто подпал под влияние Семи Сестер.
— Вы совершенно правы, ваше величество, очень приятно наконец с вами познакомиться, — произнесла Амейра, не отпуская его руку и заливаясь девическим смехом.
