- О Боже! – Воскликнул приятный женский голос. А потом он надолго потерял связь с реальностью.
- Дайте нож… Разрежь здесь… Хорошо, шов… Теперь сюда… - Время текло то слишком быстро, то очень медленно. – Давай это сюда… Узел туже!.. Все, не могу, смените меня… - Охотник не мог понять сколько прошло с момента, когда он покинул замок, но эти разговоры, казалось, тянулись уже целую вечность. – Прости, Вера, мы сделали все, что могли.
- Я понимаю, отец, идите. – Отрешенным тоном ответила девушка.
- А ты, дитя? – Жалостливо переспросил старик.
- Я останусь, посижу рядом с ним еще немного.
- Он называет тебя сестрой, - вздохнул голос, - мне всего знать не положено, но я видел, как он к тебе относится, и понимаю, как тяжело его терять. Господи, помоги. – Несколько пар ног застучали по каменному полу, удаляясь прочь.
- Ну почему? – Прошептала девушка, и охотник почувствовал на своей руке прикосновение ее ладони. – Почему ты никогда не можешь просто прийти сюда, спросить, как у меня дела? Просто поболтать в саду, как делают нормальные люди? – С ее щек скатились крупные слезы. – Почему каждый раз я встречаю тебя полуживым, а потом, забываясь от страха, вытаскиваю с того света? Ты когда-нибудь думал, что станет со мной, если ты умрешь, а? Что если чуда однажды не случится? Я ведь это не контролирую. Или ты планируешь однажды появиться на пороге монастыря уже мертвый? – Девушка всхлипнула, и Охотник услышал шорох рукава, которым она вытирала слезы. – Господи! – Громко произнесла она. – Услышь мою молитву!..
Было темно. Неимоверно тяжелая голова ужасно болела, а тело казалось ватным. В нос пробивалась омерзительная вонь. «Я что, вчера напилась?» - подумала Анка, и принялась восстанавливать в памяти прошедший день, и тут… Она резко дернулась, но не смогла подняться из-за придавившей к полу тяжести, попыталась распахнуть глаза, но это тоже не вышло: они накрепко слиплись. В панике она вырвала руки из-под липкой массы, и принялась тереть веки, срывая с них, вместе с ресницами, затвердевшую корку. Но когда ей все же удалось раскрыть глаза и оглядеться, она тут же пожалела об этом. Все вокруг было в засохшей крови, а сама она лежала под грудой мяса. От неожиданности Анка закричала. Задергав конечностями, она скинула с себя несколько особо крупных кусков, и подскочила к углу комнаты, чтобы опорожнить желудок. Тяжело дыша, и утирая слезы, она продолжила осмотр: ночная рубаха на ней пропиталась кровью насквозь, мебель разрушена, а обрывки форменной одежды разбросаны по всему помещению. Она, пошатываясь, подошла к шкафу, отодвинула поломанную дверь, и, с облегчением, вытянула из него чистое платье, глянула на дверь, и обнаружила, что та приоткрыта. Обходя центр комнаты вдоль стены, она добралась до двери, и вырвалась в коридор, захлопывая ее за спиной.
- Может это кошмар? – Прошептала она себе под нос, глядя на дверь. – Создала его, пока спала? Надо срочно найти Марну. – Сказала Анка и решительно обернулась, но тут же вжалась в дверь спиной.
Большая часть комнат были нараспашку открыты. Кровь, вытекающая из некоторых из них струйками, собиралась в ручей, ведущей к лестнице. Всюду царила разруха, живых видно не было. Немного постояв, девушка взяла себя в руки, и подошла к одной из дверей.
- Нет… - тихо прошептала она, - Чтоб тебя, Генрик. – В конце помещения сидел, приколоченный двумя арбалетными болтами к стене, парень. Ее сосед, ученик боевого факультета. Его поза и внешний вид говорили о том, что он попытался оказать сопротивление, но, безоружный, не смог ничего противопоставить арбалетам. Она всхлипнула, и пошла дальше, заглядывая в помещения. В нескольких комнатах картина была похожая. Она перешла на бег, и ворвалась к Ребекке, но там было пусто. Это внушало надежду. Потом добежала до комнат Генрика и Микулы, находившихся этажом ниже, но там тоже не было ничего. Сначала она воодушевилась этим, решив, что Генрик мог помочь друзьям, но потом вспомнила его ночной визит, ту кровавую кучу под которой лежала, и ее снова вырвало, а слезы полились с удвоенной силой.
Так она и сидела на кровати в пустой комнате. Рыдала, сжавшись в комок, обхватывая колени руками, пока вдруг девушку не посетило странное чувство того, что за ней наблюдают. Будто пара пристальных глаз сверлила ей спину. Она оглянулась, но никого не заметила. Посидела еще, но это чувство не давало покоя, так что она поднялась, и осторожно пошла вниз по лестнице – во двор.
