Виктор Демьянович прогуливался по парку, и ему становилось здесь не по себе. Людей было мало, а те, кто был, представляли собой печальное зрелище. На одной из скамеек расположилась неприятного вида компания и распивала пиво прямиком из пятилитровой канистры. Конечно, ведь рядом в городе свой пивзавод, грех отказать себе в удовольствии пропустить по кружечке пенного, но такая культура пития и отдыха была неприятна бывшему следователю. Да и разговоры были далеко не культурные. Миронов поспешил углубиться в парк, чтобы остаться наедине со своими мыслями. Он прошел мимо фонтана и выбрал дорожку наугад. Метров через пятьдесят возникло странное внутреннее чувство, тревожность нарастала. Нет, это было не видение, просто МВД вдруг почувствовал, что убийство произошло именно здесь. Он не знал наверняка, и утверждать что-либо было глупо, но в отсутствие другой информации интуиция или шестое чувство было единственным, на что мог положиться Виктор Демьянович, а он с некоторых пор доверял своему внутреннему чутью, хотя порой оно его тоже подводило.
Миронов остановился на тропинке и свернул на траву в сторону кустов и деревьев, которые сейчас стояли абсолютно голые, обнажив свои острые ветви, как клинки. «Не особо дружелюбно меня встречает Самара. Но это еще не так плохо», — подумал МВД. Он прошелся по газону и осмотрелся: ничего примечательного, обычное место. Но тревога нарастала. Скорее всего, летом у деревьев и кустарников здесь довольно большая шапка зелени, в которой легко скрыться, особенно вечером. Тропинка пролегала как раз со стороны театра, но вряд ли была основным путем для театралов, направляющихся со спектакля домой. «Да, пожалуй, все произошло именно здесь», — мелькнуло в голове бывшего следователя. Он еще немного покружился вокруг и вернулся на тропинку, кинув последний взгляд на кусты.
Виктор Демьянович повернулся в сторону фонтана и заметил, что рядом, на одной из скамеек, сидит мужчина и наблюдает. Миронов отвел глаза и пошел по тропинке, делая вид, что занят своими мыслями. Мужчина продолжал наблюдать — МВД чувствовал его взгляд на себе. Он дошел до фонтана, поглядел на деревья и, шумно вздохнув, уселся на скамейке рядом с наблюдателем. Это был мужчина лет сорока с большой грязной бородой в старой нестираной одежде. Скорее всего, он часто выпивал и редко мылся. Возможно, он вообще живет в этом парке. Виктор Демьянович спокойно достал сигарету, закурил. Он чувствовал, что от его соседа по скамейке исходит невероятная по силе энергия. Казалось, что ему хочется заговорить, но он боится. Миронов протянул незнакомцу сигарету.
— Хотите? — спросил МВД.
Мужчина охотно взял ее и прикурил от зажигалки Миронова. Они молчали с полминуты, наконец Виктор Демьянович решился заговорить:
— Вы же что-то видели тогда?
— Я не понимаю, о чем вы, — отрезал неизвестный.
— Но боитесь говорить…
— Мне нечего бояться. И с полицией говорить я не намерен.
— А кто говорит, что я из полиции?
— Его вы все равно не найдете, — загадочно произнес мужчина.
— Значит, все-таки знаете, о чем я! — Миронов повернулся к незнакомцу и, глядя ему прямо в глаза, выдохнул сигаретный дым. — Давайте так. Я вам дам денег, мы сейчас пойдем и возьмем хорошей водки, закусь, посидим, а вы мне, если захотите, что-нибудь расскажете. Ночевать есть где?
— А что, если вы и меня тоже, как того мальчика… — испуганно прошептал мужчина.
— Очень хорошо, — многозначительно произнес Виктор Демьянович и добавил: — Вам меня бояться не стоит. Мне только нужно знать, что вы видели. А вы видели. Я ищу эту мразь уже два года, и если вы не расскажете мне по-хорошему, то вот тогда бойтесь. Предлагаю бартер. Еда, выпивка с меня. Информация и койка с вас. Меня зовут Павел Ильич. — И Миронов протянул собеседнику руку ладонью вверх.
Незнакомец шумно вздохнул, посмотрел в глаза МВД, потом улыбнулся, пожал ему руку и сказал:
— Я верю вам. Глаза у вас опаленные, но добрые. Пойдемте.
После магазина, в который они зашли по дороге, компаньоны пришли на квартиру к Василию — так себя назвал наблюдатель со скамейки. И хотя его квартира производила неприятное и тоскливое впечатление, но мужчина оказался не бомжом, а, скорее, маргиналом. Он жил на первом этаже большого девятиэтажного дома в районе Металлургов. Квартира была обставлена старой советской мебелью. Здесь часто курили, о чем можно было догадаться по желтым разводам на потолке, а пол не мыли, наверное, несколько лет. Мужчины расположились на кухне. Миронов терпеть не мог тараканов, но мужчина заверил его, что они в этом жилище не прижились. Этот факт, похоже, удивлял самого хозяина. Он вполне трезво оценивал свои нынешние обстоятельства и понимал, что в такой обстановке тараканам раздолье.
