Отец перекинулся ещё парой слов с сидящим у входа, затем тот отвёл их в кабинет на втором этаже. По сравнению с остальной частью здания, здесь было даже уютно, по-домашнему.
Маленькая комната оказалась светлой и чистой. Через решётчатые шторы проникали лучи солнца и нестройным рядом пятен ложились на стол. Было видно, как в них кружили пылинки. На стенах со светлыми обоями висели восемь карандашных рисунков: Яр и его соратники. Полубог и Эсайд, основатель Инквизиции выделялись на фоне других более крупным размером.
Уфлас Мидан оказался невысоким плотным человеком с залысинами. Спокойный взгляд, лёгкая улыбка, расправленные плечи — всё в нём указывало на то, что он, несмотря на отсутствие буквы рода, сполна взял своё и всем был доволен.
«Ещё бы», — усмехнулся Кай и глянул на сумку в руках отца. Тридцать тысяч киринов были минимальной суммой, которую Мидан брал за «помощь» в устройстве в Инквизицию в обход правил. А если ему не понравиться, сумма могла вырасти втрое.
Уфлас встал, положил руку на плечо и поклонился. Отец тоже поклонился, но меньше — достаточно, чтобы подчеркнуть, что только один из них из благородного рода, но показать уважение. Мидан сел, делая пригласительный жест рукой, и спросил:
— Кир Л-Аспен, рад приветствовать вас. Какое дело привело ко мне?
Отец и Кай опустились на стулья напротив стола. Отец ответил:
— Кир Мидан, вы занимаетесь приёмом новых членов Инквизиции. Я бы хотел, чтобы мой сын начал службу.
Уфлас взмахнул руками и притворно вздохнул.
— Кир Л-Аспен, вам нужно обратиться к киру Арану Т-Орвейку. Он занимается рассмотрением кандидатов.
Отец напрягся и посмотрел на сына тяжёлым взглядом. Кай ответил тем же. Если отец откажется преступить чёртовы заветы Церкви, придётся искать другой путь, а всё это — время.
— Дело в том, кир Мидан, что у меня более сложный вопрос, и он требует детального рассмотрения. А я знаю, что вы внимательно изучаете кандидатов в Инквизицию, — отец вступил в игру.
Кай расслабил плечи и откинулся на спинку стула, скрестил руки, пренебрежительно посмотрел на Уфласа. Теперь и ему пора играть свою роль.
— Действительно, я стараюсь очень внимательно относиться к подбору, — Мидан благожелательно улыбнулся. — Что же у вас за ситуация, кир Л-Аспен?
«К подбору», — Кай не стал скрывать улыбки. Все знали, как делался этот подбор: в практики брали всех, кто был здоров и мог держать нож в руках, а в старшие инквизиторы — кто мог заплатить.
Отец вздохнул.
— Мой сын Кай — младший в семье, и, к сожалению, он совсем отбился от рук. Я воспитывал его по заветам Яра, но он связался не с той компанией…
Уфлас понимающе вздохнул.
— Как мне это знакомо, кир Л-Аспен. Моя дочь едва не сбежала с цирком, наслушавшись своей подруги.
— Тяги к знаниям у него нет, и учёба в университете — не для Кая.
Кай поплотнее скрестил руки. Между прочим, когда-то он думал об университете. Хотел разобраться, как устроен мир, и придумать что-нибудь своё. Но отец если и говорил об учёбе, то только о факультете богословия.
— Однако Кай — ловкий малый. В игорных домах немало пострадали из-за его внимательности и хитрости.
Кай мысленно зааплодировал отцу. Он не ожидал, что тот так вживётся в роль.
В подтверждение слов Кай закатил глаза и вытянул ноги, а затем отвернулся к окну.
— Я знаю, что Инквизиция поможет выбить из него всю дурь, но и такие, как Кай, тоже нужны ей. Я был бы признателен, — отец выделил последнее слово, — если бы вы, кир Мидан, помогли пристроить Кая.
— Я понимаю вас, кир Л-Аспен, — кивнул Уфлас. — Кир Л-Арджан, может бы вы тоже что-то скажете?
Кай пожал плечами.
— Инквизиция так Инквизиция. Я готов работать.
Губы Уфласа тронула слабая улыбка. Пусть видит то, что должен видеть: ленивый сынок из благородного рода, которого отец заставляет найти дело — ничего нового.
— Кир Л-Арджан, а вы знаете, что вас ждёт?
— Да пусть что угодно будет. Оно же ждёт, — Кай расплылся в улыбке и показал зубы.
Уфлас покачал головой.
— В первую очередь мы должны проверить нашего кандидата. Изучить его род, результаты учёбы…
Отец быстро перебил:
— Кир Мидан, мне неприятно это говорить, но если Кая не пристроить к делу как можно скорее, я боюсь, он проиграет мои последние деньги. Пусть лучше проигрывает свои, — отец снисходительно улыбнулся. — Кай готов много работать. Кир Мидан, может быть, есть способы перейти к обучению уже сейчас?
Уфлас потёр подбородок, вздохнул, точно тяжело раздумывал.
— Кир Л-Аспен, чем занимается ваш род?
Он прищурился, как опытный торговец, который оценивал товар.
— Мой род принадлежит Церкви.
В карих глазах Уфласа мелькнуло разочарование. Ну да, от церковников хорошей награды ждать не стоило.
— Кир Л-Аспен, почему же вы не хотите, чтобы сын продолжил дело вашего рода?
Отец пренебрежительно скользнул взглядом по Каю.
— Для этого есть старший сын. Вы должны понимать, что такое поведение бросает на меня тень. Я буду спокойнее, если Кай присоединится к Инквизиции, известной своими строгими порядками и умением воспитывать.
Уфлас покивал.
