— Кир Л-Аспен, меня очень трогает ваше положение, и я искренне хочу помочь. Обучение занимает три месяца, вам известно об этом?
— Да, известно. Но Кай способный. Я думаю, он сможет справиться раньше. Особенно если у него будет наставник, который поможет с этим.
Уфлас снова почесал подбородок и повторил:
— Да, кир Л-Аспен, я искренне хочу вам помочь. Я готов взять Кая под своё крыло. Есть несколько… — Мидан сделал паузу, — книг, с помощью которых можно овладеть нужными знаниями быстрее. Думаю, если прочесть их все, получится стать практиком или старшим инквизитором всего за неделю. Но книги эти найти сложно. Пожалуй, только я могу это сделать. И стоят они недёшево. К сожалению, знания сейчас — самая дорогая вещь в мире.
Отец склонил голову.
— Кир Мидан, ради благополучия своего сына я готов на многое, — отец достал из сумки один из мешочков с киринами. — Этого будет достаточно на книги?
Уфлас вздохнул.
— Только на начало обучения. В книгах — мудрость народа, и она бесценна.
Отец достал ещё один мешочек.
— А теперь?
Уфлас снова вздохнул.
— Для книг — да. Но ускоренное обучение требует индивидуальных занятий. К сожалению, учителя — это пираньи, которые работают не ради учеников, а ради наживы.
Отец помедлил и достал ещё один мешочек. Уфлас оценивающе посмотрел на него и ответил:
— Я сегодня же займусь проверкой Кая Л-Арджана. Думаю, уже завтра он сможет прийти в Чёрный дом и посетить нашу библиотеку.
Отец снова достал мешочек и положил его на стол со словами:
— Я надеюсь, здесь достаточно на книги, с помощью которых Кай сможет стать старшим инквизитором, — он выделил голосом последние слова.
Мидан улыбнулся.
— Кир Л-Аспен, позвольте заверить вас: я пригляжу за Каем и не оставлю его на произвол судьбы. Вы можете не волноваться за вашего сына, он в надёжных руках.
Кай сразу подобрался, по спине прошёл холодок. «В надёжных руках». Так один из практиков сказал главному инквизитору, который пришёл проведать мальчишку, забранного у Детей Аша. И он снова попал в эти надёжные руки Инквизиции, сам передал себя в них.
Когда они вышли из Чёрного дома, отец повернулся к Каю и строго спросил:
— Это всё, во что ты хочешь меня втянуть?
— Отец, это же ради Рейна.
— Что гласит пятая заповедь?
Голос стал ещё строже. Тёмные глаза сузились. Кай быстро откликнулся:
— Кража — величайшая тяжесть, ибо украсть можно имущество, правду, жизнь, и не бери ты больше, чем готов вынести.
— Сколько раз за сегодня я соврал? Сколько раз нарушил пятую заповедь?
— Не больше, чем я.
Отец вздохнул.
— Не попадись, Кай. Я не хочу потерять тебя ещё раз. Лучше говори с демонами, но только не попадись.
Он круто развернулся и быстрым шагом пошёл по улице. Кай стоял, смотрел ему вслед и снова видел того твёрдого и сильного мужчину, каким ему казался отец в детстве, а себя чувствовал растерянным мальчишкой.
Кай открыл дверь в свою комнату и замер на пороге. Адайн сидела на кровати и весело болтала ногами. Увидев его, она улыбнулась, а Кай сухо произнёс:
— Ты же знаешь, я не люблю, когда ты заходишь ко мне без приглашения.
Кирион хлопнул себя по лбу и покачал головой.
— И эти слова ты копил для неё, да?
— Ты сегодня даёшь клятву. Я пришла увидеться, мало ли что будет потом.
Кай с интересом посмотрел на Адайн. И что это — она всерьёз волновалась о нём или, как всегда, прикрывалась насмешками?
— Мало ли — что? — спросил он и прошёл внутрь комнаты, к тумбе у кровати. Присел, достал ключ, спрятанный за левой ножкой, открыл нижний шкаф и убрал туда документы.
— А ты не изменяешь своим привычкам, — Адайн рассмеялась и мигом стала серьёзной. — Мало ли — всё. Мы с Эль живём в доме главы Церкви. Ты вот-вот станешь настоящим инквизитором. Теперь мы не воруем и не обманываем, но от этого не стали меньше рисковать.
— Как это — не воруем и не обманываем? — Кай поднялся. — Мы только этим и занимаемся. Утром я продал «Три жёлудя», а через несколько часов принесу клятву Инквизиции — да, пожалуй, мне стоит быть осторожнее.
Он провёл рукой по выбритому виску и сел в кресло рядом с кроватью. Адайн опустила плечи и вздохнула.
— Всё-таки продал.
— Ты же знаешь, что нам нужны деньги. И на покупку места в Инквизиции, и на подкуп кого угодно я бы нашёл, а дальше? Неизвестно где мы окажемся и что нам придётся делать. Лучше быть готовым ко всему.
Кирион с яростью во взгляде подскочил к Каю и прошипел:
— Ты, мешок с дерьмом, ещё одна ложь, серьёзно? А может, правду, или слабо?
Кай бросил на демона такой же яростный взгляд.
Адайн вздохнула:
— «Три жёлудя» стали нашим домом. Здесь мы были семьёй, и неважно, что у нас всегда царил переполох.
Кай отважился сказать:
— Под одной крышей или нет, мы всегда останемся семьёй.
Адайн рассмеялась.
— Кай, что с тобой случилось? Тебя Рейн покусал? Ты всегда называл нас «семьёй» только в насмешку или чтобы побольнее уколоть его.
— Я тебя придушу, если ты не будешь честен, — поцедил сквозь зубы Кирион, склоняясь над ухом.
— Я решил немного пересмотреть свои взгляды на жизнь.
Адайн сдвинулась на край кровати и лукаво уставилась на него.
