Он достаточно долго общался с Эрмелиндой, чтобы заметить, что с ней что-то не так. Обычно её сложно было выбить из колеи, она всегда была собранной и сдержанной, так что же такого могло с ней произойти, что она сама не своя?
«С другой стороны, мне, наверное, повезло, что голова у неё занята чем-то другим, — решил Гарри. — Иначе она сразу бы заподозрила, что я не совсем честен».
И всё-таки интересно, почему она такая нервная?
Возможно, дело в инспекциях Амбридж? Может быть, она волнуется из-за того, что в школе установлен такой контроль? Хотя с чего бы ей переживать? Эрмелинда отличный профессор, к тому же она никак не связана ни с Дамблдором, ни с его Орденом, так что ей нечего опасаться увольнения.
«Если только Амбридж не узнала, что Эрмелинда является моим лечащим врачом, — мрачно подумал Гарри. — Потому что все, что связано со мной, у нашего генерального инспектора вызывает нездоровый интерес и закономерный негатив. Не стоит ли сказать об этом профессору Снейпу? Возможно, он сможет как-то помочь Эрмелинде?»
Гарри вздохнул, отвлеченно потерев большим пальцем скрытые маскировочными чарами шрамы на тыльной стороне ладони. Одно он знал наверняка — больше обращаться за помощью к профессору Герхард нельзя. Потому что если Амбридж решит, что Гарри слишком уж часто заходит к профессору целительства вне учебного времени, она её просто изведет или вообще уволит. Гарри не мог так подставить Эрмелинду.
*
С самого утра не переставая шел снег. Холодные ветра сковали землю морозом, и вся территория школы укрылась белым покрывалом, из-под которого теперь выглядывали лишь пожухшие стебли сухой травы. Урок по уходу за магическими существами, который, в отсутствии Хагрида, вела профессор Граббли-Дерг, подошел к концу, и Гарри в компании Драко и Блэйза направлялся к замку на обед, старательно не замечая преследующую их Гермиону. На лице гриффиндорской отличницы при этом была написана такая мрачная решимость, что Поттер искренне боялся оставаться с ней наедине, и надеялся только на то, что она не отважится окликнуть его, пока рядом другие слизеринцы. Как выяснилось, он сильно заблуждался на её счет.
— Гарри!
Он едва не завыл от досады.
«Ну вот почему у гриффиндорцев главное качество — смелость, а не здравый смысл или чувство такта?»
Отвечать ему не пришлось, потому что Малфой будто того и ждал.
— Что тебе нужно, Грейнджер? — круто разворачиваясь на каблуках, презрительно осведомился он. — В Поттера влюбилась?
Гермиона остановилась в нескольких шагах от них, бросив на Драко ледяной взгляд:
— Ты сменил имя, Малфой?
— Нет, — он на миг растерялся.
— Тогда с какой стати ты откликаешься, когда зовут не тебя? — уточнила она. — Иди, куда шел.
— А ты мне не указывай, грязно…
— Драко, — «ласково» вклинился в перебранку Гарри, — что я говорил тебе насчет этого обращения?
Малфой мрачно покосился на сокурсника.
— Что Поттер тебе рот зашьет, если ещё раз услышит Запретное Слово, — услужливо напомнил Блэйз, улыбаясь от уха до уха. — Слушай, Гарри, а половина слова считается? Хочу посмотреть, как Драко будет выглядеть с зашитым ртом.
— Паршиво он будет выглядеть, — без тени улыбки проинформировал Поттер, упрямо не встречаясь взглядом с Гермионой.
— Гарри, мне нужно с тобой поговорить, — игнорируя слизеринский обмен колкостями, сказала Грейнджер.
Он бросил на неё угрюмый взгляд.
— Я спешу.
— Куда? На обед? — она изогнула брови. — Серьёзно, Гарри? Может, хватит от меня убегать?
— Я не убегаю.
— Ну да, конечно, — Гермиона фыркнула и обратила колючий взгляд на парочку притихших слизеринцев, которые продолжали топтаться рядом, жадно внимая каждому слову. — Вы что-то хотели?
— Да, — тут же процедил Драко. — Чтобы ты избавила нас от своего общества.
Враждебный тон и содержание впечатления на Грейнджер не произвели.
— Так я вас и не задерживаю.
— Ты забываешься, Грейнджер, — зашипел Драко. — Не смей так разговаривать со мной.
— А то что? — она вскинула голову. — Папочке жаловаться побежишь?
Забини прыснул и не слишком-то тихо прошептал, обращаясь к Гарри:
— Самое время для знаменитого цитатника Драко, который начинается со слов: «Мой отец всегда говорит…»
— Заткнись, Блэйз, — невольно краснея, рявкнул Малфой, который, похоже, и правда собирался сказать нечто, начинающееся именно с этой фразы.
Гарри покосился на мрачную Гермиону, потом на сердитого Драко и, наконец, на развеселого Блэйза. Похоже, если он так и будет молчать, Грейнджер не отстанет и придется потратить всё обеденное время, слушая её ругань с Малфоем и дурацкие каламбуры Забини.
— Ладно, — вмешиваясь в перепалку, вздохнул он. — Давай поговорим, — Поттер взглянул на однокурсников: — Идите, я вас догоню.
— Предпочитаешь общество гриффиндорцев? — тут же ощетинился Драко.
— Предпочитаю не стоять на морозе, слушая глупые препирательства, — огрызнулся Гарри.
— Я так и думал, что ты с ними заодно, — со злостью выплюнул Малфой.
