Окна её башни выходят на все стороны света, очень символично, потому что Роза следит за нашими границами со всех сторон. Иногда мне кажется, что её взгляд проникает гораздо дальше, за лес, города, как будто она может видеть всё и насквозь всего. Каменная винтовая лестница, железная дверь, шорох половиц.
– Моя госпожа.
Роза окружена свежими кустовыми розами, алыми, как её губы. Дневной свет проникает в её покои со всех сторон.
– Ты знал, что роза – символ солнца? – Королева не оборачивается ко мне, красный бархат спадает с её плеч до пола, лучи играют в высоких и острых зубцах короны.
– Не знал.
– А царица цветов?
– Догадывался.
– А древний символ смерти? – Она поворачивается и улыбается.
Было время, когда я подносил ей эти цветы: розовые, бордовые, жёлтые, белоснежные, персиковые, обставлял ими комнату так, что не было видно пола, а я всё носил и носил, не поднимаясь с колен. Роза смеялась, рвала с них нежные лепестки и посыпала своё нагое тело. Теперь это время, кажется, ушло насовсем.
– Венс, подойди ближе.
Она берёт меня за подбородок тонкими пальцами, смотрит в глаза, её взгляд становится грустным. Я отвожу глаза, а она сильнее сдавливает, тянет лицо к себе.
– Упрямишься?
– Так смотрите… вы потом расстроитесь.
– А зачем мне сладкая ложь?
Она разжимает пальцы, убирает руку, я отворачиваюсь к окну.
– Ты мой принц. Ты мой.
– Да, госпожа.
Роза скидывает бархатную мантию, этот халат из шёлка с крючками от груди и до пола я когда-то привез ей из Парижа.
– Ты можешь развлекаться. – Роза берёт перевязанную лентой стопку пожелтевших писем, написанных мной, изрисованных розами на полях, переплетённых вензелями. – Я никогда не хотела отбирать у тебя возможность жить полной жизнью… но ты мой. Я создала тебя для себя.
– Да, госпожа.
– Да, госпожа? – Она кидает мои письма обратно на стол. – Нет. Ты мой возлюбленный созданный, но это не всё. Ты был моим мужем веками, нас никто так не называл, но так было. Мне не нужен консорт, а ты настоящий принц, только посмотри на себя! Ты прекрасен, словно ангел тьмы. Когда ты преклоняешь передо мной колено, я до сих пор чувствую трепет, и так может продолжаться тысячелетия… Я знаю, что ты с таким же трепетом служишь мне, меня не обмануть.
– Моя госпожа…
– Меня нельзя перебивать! Я разрешила тебе жениться на человеческой девочке ради твоей забавы. Забавы ради!
– Простите меня… позвольте объяснить.
