8.08. Ночью мы вернулись в Уфу поездом. Домой поехали на такси. Родные улицы, все близкое. Вот и знакомый дом около «Ашханы». Свет фар скользнул по потолку затемненной комнаты ОК. Заныло сердце. Как же я скучаю!.. Дома ждали письма. Как много Нина читает и смотрит фильмов, удивляюсь. «Сегодня с сестрой пойдем на два фильма «Письма с острова чудаков» и «Фантомас». А завтра – на «Лунные ночи». У нас уже в третий раз приехал с цирком Эмиль Кио. Мы с подружкой билеты на август взяли».
17.08. Пришла в школу на занятия по русскому языку. «Осенники» писали диктанты, я помогала АИ проверять их. Наконец стало известно, что только Щеглова и Тупикину перевели в 8 класс. «Жалко их», – сказала я, вспомнив заплаканное лицо Люды и Розы. «Если бы я продолжала вести русский язык у вас, я, может быть, взяла Розу. Ей можно как-нибудь тройку поставить», – сочувственно произнесла АИ. «Ну почему вы не останетесь у нас?» АИ ответила, что ей трудно, часто болеет, проблемы с сыном, что в 8 классе слишком много тетрадей на проверку.
21.08. Подхожу к школе, навстречу мне выбегают счастливые Людка и Роза: их перевели в 8 класс. Как я рада! На радостях мы решили съездить на пляж. Увидели ОК, АИ и ЛФ. Так радостно их всех видеть!
Из дневника восьмиклассницы
1.09. На торжественной линейке к нашему классу подходит АИ, нюхая астры, и говорит: «А вы знаете, что мы с вами расстаемся?» Сквозь слезы она говорила, что любит нас, ей жаль уходить, но у нее больное сердце. «Мы будем встречаться, – с трудом улыбнувшись, продолжила она. – Будете помогать проверять тетради»… Я это знала, и уже пережила в себе. Вместо АИ к нам придет завуч Валентина Андреевна.
7.09. Я решила стать вожатой в 5 классе, где русский язык будет преподавать АИ. Уже встретилась и поговорила с их классной, решили создать «подпольный штаб», пока не знаю, зачем, и еще заработать денег на поездку (смысл этих начинаний был мне непонятен, но в данном случае жизнь покажет, куда кривая выведет). Узнав об этом, ВМ сказала, что это важно для характеристики в институт. «Я стараюсь не для характеристики», – стараясь быть вежливой, говорю я. «Все вы так говорите, а потом нужно будет». Изо всех сил сдерживая себя, я сказала: «Вы всегда на уроках, извините за откровенность, говорите про характеристики. Ну как-то не того. Ну пусть даже так, но вы не говорите об этом постоянно». Мне было неудобно, что я вынуждена это говорить, и пыталась оправдаться: «Не подумайте, что я вас критикую, я просто сказала вам. Извините». Видно было, что ВМ обиделась, но возразила: «Я, наоборот, тебе благодарна, что говоришь мне в глаза».
16.09. Два урока у нас провела Ольга Кирилловна. Она вошла в класс, и у меня перехватило дыхание. «Что проведем: русский или литературу? Мне все равно», – слышу ее родной веселый голос. Стараясь заработать замечание, я вертелась, смеялась, а сердце замирало: только бы всерьез ее не разозлить. Она рассказывала биографию Фонвизина и делала это превосходно, с воодушевлением. Потом начала читать «Недоросля» с таким юмором, что класс хохотал от души. В ее очках отражался свет, и глаз не было видно, но лицо было повернуто ко мне. Я таяла от мысли, что она, может, смотрит на меня. Вскоре она отдала пьесу ученице, а сама села за парту через проход почти рядом, повернувшись ко мне. Она смотрела на меня и улыбалась. ОК все свое внимание устремила на меня! В открытую! Я завороженно замерла, тоже глядя на нее. Я забыла обо всем и обо всех. Видела только это родное лицо. И вдруг я почувствовала, как все мое существо заполняет свет и невыразимое счастье. Исчезает внутренняя напряженность. Струны нервов расслабляются. И я чувствую, что мир вокруг меня доброжелателен и светел, и не надо его бояться…
17.09. Со своими пятиклассниками, кажется, контакт наладила. Готовимся к смотру самодеятельности, собираемся выпускать стенгазету. Надя просит разъяснить непонятный материал: как склонять глаголы. А я забыла, но вида не подаю. Смотрю в ее тетрадь и вспоминаю: глаголы нужно согласовать с местоимениями 1, 2 и 3 лица во множественном и единственном числе. Она начинает делать упражнение, а я тихонько облегченно вздыхаю. Иду к редколлегии. Думаем над названием. Входит Вова. Руки в карманах, вид безразличный, небрежно поздоровался и прислонился к парте. «Руки из карманов нужно вынуть», – спокойно говорю я. «А зачем?» – спрашивает Вова. «Перед тобой, кажется, старшие». «Пожалуйста». Он вынимает руки из карманов с таким видом, будто делает одолжение, и отходит к окну. Я перехватываю удивленный взгляд учительницы. Я опять сделала что-то не то? К 14 часам еду на занятия музыкой. Вечером опять к пятиклашкам. Я загоняю мальчишек в класс. Директор школы Трубников, стоя в дверях, строго сказал, что вожатых нужно слушать. Но шум возобновляется. Я прошу Вову помочь успокоить ребят. Он делал это оригинально: брал рукой за шею одного, другого, спрашивал: «Не хочешь оставаться? Тогда иди отсюда». Девчонки порассказали ужасов про Вову и Федю: курят, водку пьют, воруют. Как отвлечь их от глупостей?
