20.09. На уроке русского языка был контрольный диктант. В одном месте я засомневалась, какой знак поставить. Валентина Андреевна говорит классу, что в диктанте два тире, три двоеточия, восемнадцать запятых, три точки с запятой. И я поняла, что в том предложении надо поставить точку с запятой.
21.09. Мои пятиклашки нахватали за пятиминутки 13 единиц, 13 двоек, 6 троек, 5 четверок и 2 пятерки. Я сказала об этом Тамаре Евгеньевне. Она оставила всех после уроков, сказала, что будут писать пятиминутки. Хотя я вовсе не собиралась этого делать. В классе было шумно. Я подошла к двери, открыла ее и сказала, что кто не хочет писать, может уйти. «А в журнал двойку не поставите? – спросил один малыш. «Тогда я не пойду», – сказал он, возвращаясь на место. Пожалуй, здесь я поступила неправильно – можно было оценки не ставить. Я подошла к столу и стала диктовать слова. Вдруг кто-то закричал: «Град». Все вскочили и побежали к окну. Я тоже подошла. На улице по воздуху неслась белая пыль, белые шарики подскакивали на земле. Деревья кланялись, нагибались. На меня оглядывались: не сержусь ли я. Но я улыбалась. «Эх, на улицу бы под град», – кто-то сказал мечтательно. Я их отпустила. «А ты, Вова, подожди меня. Я сегодня пойду к вам». Ко мне без конца обращались детишки с разными вопросами, но перед моим взором маячил Вова, его голос настойчиво лез мне в уши. «А зачем пойдете? Не ходите –а. А у нас дома никого нет. Только вы не жалуйтесь, ладно?» По дороге я расспрашивала его о семье. Входим в квартиру. Поздоровавшись, спрашиваю: «Вы мать Вовы?» Она настороженно подтвердила. «Я вожатая вашего сына, мне нужно с вами поговорить». Она ответила, что только что приехала с картошки и сейчас собирается в баню. Посоветовала поговорить с отцом. Посреди убогой комнаты стоял отец Вовы и недоверчиво смотрел на меня. Я чувствовала себя неловко. Этот хмурый взгляд, поза нетрезвого человека, молчание – все это начинало меня пугать и стеснять. Тут же стояла их старшая дочь, такая же восьмиклассница, как и я. Из спальни слышался плач младшей, первоклассницы. Дядя Витя, как он представился, грубо прикрикнул: «Перестань сейчас же. А то ремнем отстегаю». – «Назло буду двойки получать», – сквозь слезы выкрикнула она. Я подошла к столу. «Оленька, что случилось?» – «Да в баню ее не взяли», – зло ответствовал папаша. Я стала утешать ее, просмотрела тетради, спросила, у кого учится. Она успокоилась и продолжала делать домашнее задание. Мы вернулись в комнату. На этот раз дядя Витя предложил мне сесть. Я не ругала Вову, говорила, что при его способностях он может стать успевающим. Вова обещал взяться за учебу, но я уже поняла, что его обещания недорого стоят.
22.09.Иду к пятиклашкам, их никого нет. Пошли переодеваться для сбора металлолома. Мы до 20 часов собирали металл, общими усилиями утащили со стройки новую батарею. Навстречу шел Вова. «Я не мог прийти. У меня зуб болел», – соврал, конечно, он. Хотели записать пятиклашкам 80 кг, мы долго спорили. В итоге 4 тонны был записаны, мои пятиклашки заняли 1 место.
30.09. Вечером пришла к подшефным, но часть из них обиделась, что я выбрала помощницей Машу, и в знак протеста отказались участвовать в КВН. Во время репетиций пришли Вова с Федей, непринужденно закурили, сидя на подоконнике. В действе не участвовали, но и не уходили.
6.10. «Я была любимой дочкой у мамы, – рассказывала АИ. – Думаешь, будет так, а жизнь возьмет и крутанет на все 180. Помню, пришла как-то с работы, а дома сын (Геннадий), весь опухший. С почками проблемы, температура под 41. Увезли в больницу; тут у мужа приступ, и его в больницу. Развезла всех, сама села в прихожей, и всю ночь просидела, согнувшись. А утром пошла в школу на работу. Никто не догадался, что со мной творилось»… Неужели я не смогу быть такой же выдержанной?
12.10. Вечером я увидела, как АИ окликнула ОК около учительской. Услышав, что АИ спрашивает, почему ОК отказывается вести факультатив по литературе, я отошла от них в сторонку. ОК что-то отвечала и была похожа на провинившуюся ученицу. Они долго говорили, то смеясь, то серьезно. А я смотрела на двух любимых мною людей: голубоглазую в зеленой кофте с шалью на плечах АИ и кареглазую с очаровательной улыбкой ОК. И повторилось то состояние, когда внутри меня медленно, как цветок в замедленной съемке, разворачивался теплый сияющий свет. В сердце вплывало, как улыбка чеширского кота, огромное счастье и ощущение защищенности. Бесконечно любимые обе…
