— Но если это псих, как ты говоришь, и напал он на тебя просто так, потому что у него в голове заклинило, он вполне может броситься на любого человека. Например, на меня, ведь мой дом стоит так близко к лесу. А я тут совсем одна. У меня даже ружья нет.
— Думаю, тебе не стоит бояться, — возразил Алексей.
— Почему? — Она хотела добавить: «Потому что он охотился только за тобой?», но не решилась этого сказать.
А Алексей смотрел на нее и думал совсем о другом. «Какие у нее удивительные глаза! Никогда не видел ничего подобного! — говорил он себе. — Они похожи на два маленьких озера с чистой, прозрачной водой. Даже и не разберешь сразу, какого они цвета. Серые? Голубые? Нет, скорее, светло-зеленые».
Эти глаза просили, молили его о чем-то, и он сказал:
— Знаешь, если ты не против, я мог бы немного пожить у тебя. Если, конечно, мое присутствие не затруднит тебя. Пару дней, пока его не поймают. Со мной ты можешь ничего не бояться. А в милицию я обязательно позвоню.
Альбина почувствовала облегчение и кивнула. Он все больше и больше нравился ей, этот загадочный мужчина. Несомненно, у него была какая-то тайна, которую ей почему-то очень хотелось узнать. Нет, не из праздного любопытства, Альбина никогда не была излишне любопытной. Она и сама не понимала, что в нем так притягивает ее и почему ей хочется, чтобы он и дальше сидел вот так перед ней на диване и говорил, говорил, говорил…
Разговор их был прерван стуком в дверь. Альбина вскочила, бросилась открывать, успев заметить тревогу, мелькнувшую в лице Алексея.
Пришел Артем.
— Привет, — сказал он весело. — Ты уже встала? А где Уголек?
Мальчик, сбросив ботинки, кинулся в комнату, к спешившему ему навстречу котенку, и застыл, увидев сидящего на диване «дяденьку Лешего».
— О-о! — произнес он. — Это ты!
— Здравствуй, Тема, — улыбнулся Леший.
— Здравствуй. Ты пришел в гости? Но где ты был вчера, мы приходили к тебе, а ты…
— Он был болен, — вмешалась Альбина, уловив обиду в голосе ребенка. — У него болит рука.
— Что у тебя с рукой? — встревожился Артем. — Ты сломал ее?
— Нет. Ничего страшного, просто случайно напоролся на сучок. Рана ерундовая, неглубокая.
— Совсем не болит? — спросил мальчик, усаживаясь рядом с Лешим на диване и заглядывая ему в глаза.
— Есть немного, — ответил Алексей. — Но уже почти прошло.
— Нужно приложить листики мать-и-мачехи, — с серьезным видом посоветовал Тема. — У меня тоже однажды болела рука, я ободрал локоть, так дедушка прикладывал листочки к моей руке, и все быстро прошло.
— Мне кажется, следует поехать в аптеку и купить какие-нибудь антибиотики, — вмешалась Альбина. — У меня есть только аспирин. И капли от насморка.
— Годится и аспирин, — заявил мужчина. — Не надо антибиотиков, на мне всегда все заживает как на собаке. Такая у меня прочная шкура. Я пойду на огород и посмотрю, нет ли там каких-нибудь растений, заживляющих раны. Мать-и-мачехи, например.
— Нет, тебе лучше лежать, — возразила девушка. — Мать-и-мачеха — это такие желтые цветочки, вроде как у одуванчика? Кажется, я видела ее.
— Нужны листики, — заметил мальчик. — У тети Нади на огороде ее полно. Побегу нарву, пока они с дядей Юрой не приехали.
— Но сначала придется обработать рану, — заметила Альбина, когда Артем, хлопнув дверью, умчался. — У меня есть йод. И еще какая-то травяная настойка.
— Настойка — это именно то, что нужно, — промолвил Алексей. — И хорошо бы съесть чего-нибудь на завтрак. Если тебя не затруднит…
— Конечно нет, — встрепенулась Альбина, вспоминая о своих обязанностях хозяйки.
Как хорошо, что она купила вчера утром ветчину и два десятка яиц! Сейчас приготовит королевское блюдо — огромную яичницу с ветчиной и салат из редиски со своего огорода. Редиска была еще мелкой, но уже невероятно вкусной. И они все втроем дружно сядут завтракать. Вот только сначала она найдет аспирин и настойку, изготовленную покойной Светкиной теткой.
Потом Альбина, зажмурив глаза, помогала Алексею отодрать присохший к коже рукав рубашки, поражаясь его терпению. На его месте она, наверное, орала бы на весь дом от боли. Он сам приложил к руке ошпаренные кипятком и размятые листья мать-и-мачехи, ловко обмотал руку бинтом, который Альбина нашла в кухонном буфете, попросив ее лишь завязать концы.
— В шкафу есть пара мужских сорочек. Может, они подойдут тебе? — нерешительно предложила она.
— Не беспокойся, у меня в рюкзаке есть кое-что из одежды.
— А вы знаете, почему она так называется: мать-и-мачеха? — спросил Тема, наблюдавший за их манипуляциями.
— Нет, — ответила Альбина.
— А я знаю. Мне дедушка говорил. Потому что верхняя часть листика гладкая и холодная. Это мачеха, а нижняя — теплая и нежная, как мама. — И мальчик, вероятно вспомнив о дедушке и о своей матери, загрустил.
Взрослые переглянулись, и Алексей быстро спросил:
— Тема, а ты видел картину, которую делает Альбина?
— Конечно, — оживился Артем. — Я же ей помогал. А я тоже рисую. Альбина подарила мне краски и альбом. Хочешь посмотреть мои рисунки?
Вытащив из шкафа альбом, мальчик сел на диван и принялся показывать рисунки, давая подробные пояснения к каждому:
