Эта сволочь снова оказалась права. Потому что я хочу, хочу, хочу!!! Понимаю, что не должна, что это ужасно – но хочу!
В рев я вложила всю свою досаду, слабость, отчаяние. И так мне вдруг захотелось на самом деле рассказать Никите все. Переложить часть своей отвратительной ноши на него. И я уже открыла рот, но тут на холодильнике заверещал Никитин мобильник.
– Надо ехать, – сказал он, закончив разговор. – Какая-то у нас в «Корриде» проверка внеочередная.
Следующие несколько дней я упорно сражалась сама с собой, понимая, что терплю поражение по всем фронтам. Перед глазами упорно стоял образ смешной немолодой домохозяйки с потрясающим голосом, которая почти выиграла какой-то там телеконкурс и стала известной всему миру.
«Ты просто не будешь петь при Никите, – лицемерно говорил мне мой голос. – И все будет хорошо».
– Может, тебе все-таки на работу устроиться? – спросил он словно невзначай, не отрываясь от экрана, на котором монотонно бубнила что-то говорящая голова.
В этот момент я мысленно пела арию Далилы на сцене Ла-Скала. Как именно выглядят внутренности знаменитого театра, я не знала, но кто бы мне запретил воображать все, что заблагорассудится?
– На работу? – растерянно переспросила я.
– На работу. Не подумай, дело не в деньгах, ты прекрасно это знаешь. Мне просто кажется, что четыре стены действуют на тебя не лучшим образом. Найди себе что-нибудь не слишком обременительное, не обязательно с большой зарплатой. Просто чтобы быть при деле и на людях. Можно даже на неполный рабочий день.
Бывает, что снится тропический остров, море, солнце, стройные загорелые мужчины, ласкающие тебя… взглядами. А потом просыпаешься и видишь все ту же нудно привычную спальню и серый дождь за окном. И так вдруг становится уныло – хоть головой в унитаз.
– У меня трудовая осталась… там, – пробурчала я, кусая ноготь.
– Если хочешь, я за ней съезжу.
– А отдадут?
– А куда они денутся?
Найти себе веселенькую позитивненькую работку. Тем же самым рекламным агентом. Или, может быть, бухгалтером – если допустить, что я еще хоть что-то помню из того, что изучала в институте. Или еще кем-нибудь. Незамысловато так. Лишь бы дома не сидеть и не стучать башкой об стены от тоски. С девяти до восемнадцати. Пять дней в неделю. Двадцать тысяч – хорошо если.
