– Идеи Михал Афанасьича живут и побеждают, – пробурчала я, умирая от зависти. – Дался вам всем этот крем волшебный. Вранье это все. Был бы настоящий – полжизни бы не пожалела!
– Ну зачем же так много? – с добрым смешком произнес мягкий, как бархат, баритон. – И полугода хватит.
Я дернулась, тарелка перевернулась, пельмени лягушками заскакали по столу, спрыгнули на пол.
Элегантно опираясь на буфетную полку, в углу кухни стоял невероятной красоты мужчина в черном костюме. Он был похож на киноактера. Точнее, на всех киноактеров сразу, потому что лицо его было каким-то зыбким, нечетким, черты постоянно менялись, как в пластилиновом мультфильме. Странно, но это нисколько его не портило, хотя немножко раздражало.
О чем это ты думаешь, курица, спохватилась я. В твоей квартире неизвестно откуда появляется посторонний мужик, а ты пытаешь понять, на какого артиста он похож, и раздражаешься, что не получается.
– Ангелина, вы же ждали чуда, – незнакомец подошел поближе, я судорожно вжалась в спинку кухонного диванчика. – Вот чудо и свершилось. Вернее, свершится, если мы с вами договоримся.
– Кто вы такой и откуда взялись? – проблеяла я.
– Тяжело с вами, цивилизованными. Раньше люди сразу смекали, кто я и откуда. А теперь у вас только два варианта: глюк или инопланетяне. Так вот, Ангелина, я ни то ни другое.
– А-а-а-а?..
– Не устаю радоваться Твоей неудаче, Создатель, – усмехнулся незнакомец. – Они на редкость… эээ… недогадливы. Я то, что вы называете нечистой силой, дорогая.
– А-а-а-а… – все так же тупо протянула я.
– Бэээ, – передразнил меня он. – Ближе к телу. Вы действительно готовы отдать часть жизни за возможность кардинально измениться?
– Бред какой-то, – прошептала я.
– Ну бред так бред. Я пошел. Не пожалеете? А то будет как в анекдоте про дурачка, который всю жизнь просил у Бога главный выигрыш в лотерею, но не догадался купить лотерейный билет.
– Подождите! – я вскочила из-за стола, поскользнулась на пельменине, попыталась удержаться, вцепившись в его рукав, но рука окунулась в пустоту, и я позорно растянулась на полу.
– Осторожнее, – он протянул мне руку, которая вдруг обрела телесность и крепость. – Сядьте и успокойтесь. Это не бред, Ангелина, это реальность.
Я заметила, что мое имя он каждый раз произносит с какой-то тенью то ли усмешки, то ли отвращения. Странным образом это помогло мне поверить.
– Значит, вам нужна моя душа?
– Да на кой ляд мне ваша душа, дорогая? Как я устал от идиотов, которые сами набиваются, пытаясь выпросить что-то в обмен на душу. Для тех, кто на бронепоезде, повторяю: ваша душа вам не принадлежит, следовательно, сделка ничтожна.
– Но как же тогда?..
– А вот так же. Вы можете сделать все, от вас зависящее, чтобы предоставить свою душу в мое безраздельное пользование, но получу я ее только после вашей смерти… возможно. Вот представьте, ваш дедушка подарил вашей маме, допустим, квартиру. Но сам продолжает в ней жить, к тому же прописан он там. А ваша мама завещала квартиру вам. И вот вы при живых маме и дедушке захотели квартиру продать, поменять или превратить в маленький свечной заводик. Сможете вы это сделать? Нет. Во-первых, завещание вступит в силу только после маминой смерти. А во-вторых, хотя формально ваша мама и хозяйка квартиры, но де факто ее хозяин по-прежнему дедушка. И если вы захотите его оттуда выселить, попотеть придется изрядно. Он ведь у вас крепкий старичок, юридически подкованный. Впрочем, мама может с ним справиться и выставить на улицу – она такая, слона на скаку остановит и хобот ему оторвет.
– Тогда я ничего не понимаю.
– А что тут понимать? Я совсем не меценат, не филантроп, напротив. Я просто даю вам возможность выселить дедушку из квартиры еще до маминой смерти. Потому что если мама умрет раньше, вам с ним точно не справиться, он так там и останется.
– А вот теперь я поняла. – Меня была крупная дрожь, но почему-то было совсем не страшно. – Мама, дедушка, квартира… Вы даете мне, допустим, красоту, полагая, что ваш подарок сделает мою жизнь такой, что в ней не останется места для Бога, так? И тогда после смерти я стану вашей?
– Умная девочка, садись, пять. Я не полагаю, я знаю. И люди знают, но их это не останавливает. Каждый думает, что уж он-то особенный, не такой, как все. Что мои дары он непременно употребит на благо всей вселенной и никак не во вред себе.
– И вы так легко мне об этом говорите? Не думаете, что я могу отказаться? – удивилась я. А еще удивлялась тому, что общаюсь с нечистой силой на вы. Но почему-то не самому факту общения.
– Cara note 4 Ангелина, неужели вы думаете, что я прихожу с предложениями к каждому, кто о чем-то мечтает? Отнюдь. Только к тем, для кого слово «хочу» намного весомее здравого смысла. Только такие люди готовы пожертвовать ради удовлетворения своих прихотей чем-то очень важным.
