Я же… я же по собственной глупости, своим поведением заставил ее обороняться, отчего девушка и показала зубы. Сейчас-то я понимаю, в чем причина такой бурной реакции, словно она меня метлой гнала на сцену и требовала повторить подвиг друга. В тот момент мне именно это и казалось. Все потому, что испугался. Мысль о том, что на фоне этого Игоря я выгляжу просто смешно со своими надуманными страхами, и таким меня и видит девушка, для которой мне хочется выглядеть иначе, смущала.
Вероятно, она мне нравится. Кажется, даже очень. И каждая минута с ней в наше первое… свидание, новые открытия и даже молчаливое присутствие девушки рядом – располагало, несмотря на то, что некоторые ее действия и слова не просто сбивали с толку – бесили и конкретно злили. И все же с ней было… приятно. В тот вечер я лишь раз посмотрел на часы в желании поскорее прекратить этот вечер и разъехаться – когда она только привела меня в тот «подвал».
Прошло уже два дня с тех пор, и помимо единственного ответа на мое сообщение, добралась ли она до дома, больше я ничего о Ринате не слышал. По идее, завтра мы должны были бы встретиться, следуя условиям договора… Но теперь я даже не уверен. Увидеть ее, заметив в глазах заслуженное пренебрежение или раздражение… То самое, которое видел два года назад в глазах знакомых, знающих о том, что случилось с Викой. Едва ли такую перспективу можно назвать вдохновляющей.
Вот только в прошлый раз с Викой моя вина была в том, что опрометчиво решил устроить максимальную огласку предложению, которое я бы ей сделал, и сам виноват в том, что произошедшее стало достоянием подобной огласки. Вот и мучаюсь.
Теперь же стал жертвой собственных страхов, оттолкнув Ринату, которой, кажется, начинал нравиться. Теперь, вероятно, считает меня не просто психом, еще и трусом.
Понимая, что данные мысли могут завести меня довольно далеко, осознавал, что нужно на что-то решиться, если хочу вновь встретиться с девушкой и почувствовать то редкое спокойствие и уют в ее присутствии, нужно как-то исправлять ситуацию.
Либо прекратить все здесь и сейчас, достаточно просто удалить ее номер. Почему-то даже не возникало сомнений, что такая девушка после последней встречи точно не станет звонить первой и навязываться. Следовательно, забудет обо мне сразу же, как только я пропаду с горизонта. Рината – та, кто ценит свое время. Я же, даже по своему собственному убеждению, его не стою.
Юсупова я на нее уже навел, потому есть надежда, что он поможет. Разумеется, ничего отменять я не стану в случае, если мы больше с ней не встретимся. Помочь Ринате – дело, которое не обсуждается. Помог бы и просто так, но сейчас – это уже дело принципа.
Мысли были нерадостными и точно не вдохновляющими. Возникло желание позвонить своему врачу, чтобы хоть кому-то рассказать о произошедшем. Быть может, тогда полегчает? Или посоветуют, как поступить. Хотя, кого я обманываю? Я оплачиваю только «уши». Из всех сеансов, которые я оплатил, врач лишь слушал, предлагая экспериментировать, без особой уверенности, поможет ли хоть что-то из этого. И я экспериментировал по мере возможностей, но пока единственный реальный результат от его советов получил в лице Ринаты. Той, кого я встретил совершенно случайно, по чистой удаче, когда согласился на очередной эксперимент.
Рината права, и пока я сам не возьму себя в руки, мне никто не поможет, какие бы деньги я ни платил. Я – тот единственный, кто может помочь себе, а перекладывать ответственность за свою жизнь и огрехи на других – едва ли перспективный вариант. Для труса, сидящего глубоко внутри меня, – может быть. Но хочу ли я, чтобы он показывался отчетливее, беря главенство в моей жизни?
Сейчас точно могу сказать, что – нет. Не хочу.
Когда эта мысль сформировалась, что-то внутри словно порвалось. Быть может, треснуло. Но дышать отчего-то стало легче. Возможно от неожиданно, впервые за долгое время, появившейся определенности. Призрака определенности.
Вместе с новым дыханием я обнаружил и прилив решительности. Достаточный, чтобы взять смартфон и зайти в телефонную книгу. Но, отыскав необходимое имя, понял, что палец завис в нескольких миллиметрах от сенсора, не позволяя набрать номер.
Что я ей скажу? Извиниться? Притвориться, что ничего не произошло?
От очередной собственной дурости захотелось последовать ее последнему совету и разбиться с разбегу об стенку. Если не забудусь, так, может, заткну этот мерзкий голос у себя в голове, что появился всего пару лет назад. Или он всегда был, и я его просто игнорировал до определенного времени?
Стиснул челюсти и резким движением поднял смартфон, но на этот раз, набрав номер, и поднял взгляд на экран камер наблюдения в ожидании ответа. Палец автоматически сбросил звонок, а я внимательнее всмотрелся в изображение зала, где за одним из столиков сидела Рината в компании какого-то мужчины.
Следующее, что я осознал – покидаю свой кабинет в каком-то странном, не оформившемся порыве.
