Весы валялись на полу. Я схватила их, вышла на улицу и швырнула на твердый бетон, так что те разлетелись на миллион кусочков. Схватила метлу и все прибрала, а остатки отправила в мусорное ведро. В модельном агентстве на самом деле была программа по заботе о психическом здоровье. Можно было получить бесплатные консультации. Я не знала, хорошие ли у них терапевты, но обращение к ним – уже что-то. Я заполнила онлайн-форму и записалась на прием через два дня.
Я откинулась на спинку дивана, испытывая трепетное удовлетворение.
Потому что впервые предприняла реальные шаги.
Переодевшись в спортивные штаны, я поела. Приготовила яйца с беконом и блинчики и съела все до последнего кусочка. Пока не наелась.
Чего никогда не делала. И это было невероятно.
Я ковыряла вилкой в кленовом сиропе, который Ари попросил мисс Карли купить для меня, поскольку он был моим любимым. И я снова подумала о нем.
Ари.
Обо всем, что он сделал. Всем, что случилось. Всем.
Я знала, что то, что Ари сделал, было ненормальным. Это не вписывалось в общественное представление о добре и зле.
Но… действительно ли все было так плохо? Это было чересчур, безумно собственнически. Но было ли
Дала бы я Ари шанс, если бы Кларк каждую секунду шептал на ухо «Я люблю тебя», с чувством вины и всяким таким?
Не уверена. Думая о испуганном призраке девушки, которой я была в тот день, когда Ари вошел в ресторан и изменил всю мою жизнь, как падающая звезда в космосе… Не знаю, хватило ли бы у меня когда-нибудь смелости быть с ним.
Единственная причина, по которой мы оказались вместе, заключалась в том, что он был храбрым. Потому что предпринял шаги, которые я не смогла. Ничто из того, что он сделал, никогда не причиняло боли. Это просто смягчило меня, позволило принять то, что он предлагал.
Как там говорят:
Я покачала головой, потому что то, о чем думала, звучало безумно… и все же.
Раздался стук в дверь, и я вздохнула. Я слезла с барного стула, чтобы открыть ее. Никто не мог пройти к дому просто так, поэтому все гости имели определенную причину для визита.
Сквозь стекло я увидела женщину очень делового вида, одетую в строгий серый костюм. Она не была мне знакома.
Я открыла дверь.
– Здравствуйте, – тепло сказала она. – Я Эшли Тенни, адвокат по бракоразводным процессам. Вы не звонили, поэтому я решила зайти сама. Мистер Ланкастер указал на то, что нужно срочно подписать документы, когда мы разговаривали в последний раз.
Мой рот открывался и закрывался, как у выброшенной на берег рыбы.
Потому что я на секунду забыла, как далеко зашли мы с Ари, и теперь у двери стоял адвокат по бракоразводным процессам.
Она прочистила горло, и я поняла, что стояла там, уставившись на нее…
– Мисс Тенни, – сказала я, голос внезапно задрожал от слез. – Пожалуйста, входите.
Она кивнула, входя в дом с портфелем в руке. Пристальный взгляд скользнул по комнате, и мне стало интересно, ощущает ли она повисшие в воздухе разбитые мечты.
Я указала рукой в сторону гостиной, где мы обе и остановились. Тишина была осязаемой, ее нарушали только отдаленные звуки города, которые доносились снаружи.
– Спасибо, что пришли, – наконец смогла произнести я, голос все еще дрожал. Хотя совсем не была благодарна.
Я не была готова к этому. Даже близко.
Адвокат посмотрела на меня с сочувствием.
– Знаю, для вас это невероятно трудное время. Развод никогда не бывает легким.
Я уставилась на нее, и глаза снова наполнились слезами. Трудно – слишком мягко сказано. Особенно, если учесть, что… я этого не хотела.
Но должна была этого хотеть, верно?
Она мягко, понимающе кивнула, когда я ничего не ответила.
– Важно помнить, что вы в этом не одиноки. Я здесь для того, чтобы провести вас через весь процесс и обеспечить защиту прав и интересов.
Она вытащила папку и начала аккуратно раскладывать документы на кофейном столике перед нами.
– Мистер Ланкастер предложил дать вам все, что вы захотите, – начала Эшли размеренным тоном. – По крайней мере, он хочет оставить вам десять миллионов долларов в качестве компенсации.
В этот момент меня охватило чувство, будто из комнаты выкачали воздух, и я с трудом поняла, о чем она говорит. Голос превратился в потрясенный писк.
– Десять миллионов долларов?
Эшли кивнула, не сводя с меня пристального взгляда.
– Верно.
У меня закружилась голова. Мысль о том, чтобы принять какие-либо деньги, казалась отвратительной. Деньги не могли залечить разбитое сердце.
– Я… я ничего из этого не хочу, – наконец смогла произнести я, голос был едва громче шепота.
Эшли снова кивнула, профессионализм был непоколебим.
– Очень хорошо. Мы можем приступить к разводу без каких-либо финансовых расчетов. Теперь позвольте объяснить юридический процесс и все тонкости развода.
Пока она объясняла все то, что ждало впереди, я пыталась сосредоточиться на ее словах, но мысли постоянно возвращались к Ари.
– Вот эти документы вы должны посмотреть, – сказала она, указывая на конкретные разделы, на которые я должна была обратить внимание.
