Чертовски неправильный парень полностью

Я в шоке уставилась на документы, глаза уставились на незнакомое имя на бумагах.

– Здесь неправильно указана фамилия, – удалось выдавить мне, голос дрожал. – Моя девичья фамилия – Шепфилд.

Она нахмурила брови и посмотрела на бумаги. Вдруг она предъявила другой комплект документов. Она показала юридическое заявление о том, что удочерение Шепфилдов было признано недействительным.

– Мистер Ланкастер не сказал вам, что позаботился об этом? – спросила она, в голосе слышалось замешательство.

Я с трудом переваривала услышанное. Осознание обрушилось на меня тонной кирпичей. Ари каким-то образом удалось отменить мое удочерение Шепфилдами. Это был невероятный юридический подвиг, и голова шла кругом от последствий всего этого.

Пока адвокат продолжала говорить, ее слова превратились в отдаленный шепот в ушах. Я не могла не отключиться, мысли были поглощены воспоминаниями об Ари и наших отношениях.

«Отдай свою боль».

«Скажи, где у тебя болит».

«Я люблю тебя».

«Я вижу тебя, солнышко. Я пройду все тесты».

«Я сделаю тебя счастливой, – сказал он. – Это может занять некоторое время, но однажды я сделаю тебя счастливой на всю оставшуюся жизнь».

Ручка со стуком упала на стол. Что, черт возьми, я делаю?

Я всегда позволяла жизни управлять мной. Действовала по правилам, принимая все то дерьмо, которое она на меня вываливала.

И тогда она решила подарить мне Ари Ланкастера… гребаную родственную душу. И я собиралась все это испортить.

Да, он был сталкером. И ему нельзя было доверять. И он делал ужасные вещи, чтобы свести нас…

Но у него была самая прекрасная душа из всех, кого я когда-либо встречала. И он отдал мне ее полностью.

Что, черт возьми, я делаю?

Нужно было как-то найти его, убедить, что он мой навсегда. Я не должна была допустить, чтобы этот развод случился. Я была полностью согласна на брак.

Он мог преследовать меня сколько ему хочется. Главное, чтобы мы были вместе.

– Простите. Я не подпишу это, – сказала я и вскочила со стула. Я схватила телефон и лихорадочно набрала номер Ари, каждый гудок казался вечностью.

Звонок сразу перешел на голосовую почту.

– Ари, нам нужно поговорить. Пожалуйста, позвони мне, как только получишь это сообщение. Я не хочу расставаться. Я никогда не хочу расставаться.

Я побежала к комоду за кольцом, мне нужна была его тяжесть на пальце, чтобы убедиться, что все еще можно спасти. Но его там не было.

Должно быть, он забрал его с собой.

Запаниковав, я позвонила еще три раза, но он не брал трубку.

Ладно, что мне делать? Я не знала, во сколько был рейс. Он ушел сегодня утром. Я просмотрела расписание вылетов на день. Рейсы отправлялись каждые тридцать минут. Это не помогло.

– Мистер Ланкастер, кажется, сказал что-то о вылете в 20:45, когда я в последний раз разговаривала с ним, – сказала адвокат. Она стояла у входной двери с собранным портфелем в руке.

Я взглянула на телефон. Было семь. Я не знала, успею ли вовремя.

Но должна была попытаться. Даже если опоздаю на рейс, я должна была попытаться.

Я бы полетела в Даллас, если бы опоздала. Я просто не могла его отпустить. Эшли улыбнулась.

– Не провожайте, – пробормотала она, открыла дверь и ушла.

Я побежала в гараж, запрыгнула в «Мазерати», которую он мне купил, и повернула ключ зажигания.

Машина дергалась и скрипела… и не заводилась. Что?

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – повторяла я, обращаясь к богу, который был на небесах. Пробовала снова и снова. У меня не было ключей от других машин… и я не знала, как управлять его мотоциклом.

– Черт! – я хлопнула рукой по рулю, поморщившись от укола боли в исцарапанных ладонях.

Хорошо. Такси. Да. Это то, что нужно.

У меня дрожали руки, когда я открыла приложение и заказала поездку. Пятнадцать минут?

Это Лос-Анджелес. Повсюду здесь были машины такси. Почему, черт возьми, ожидание пятнадцать минут?

Я глубоко вздохнула и попыталась позвонить снова. Но Ари по-прежнему не отвечал.

Полетел ли он более ранним рейсом? Уже уехал? Уехал ли он навсегда?

Я выскочила из машины и побежала к дорожке, которая вела к дому, каждые пять секунд проверяя приложение, не изменилось ли время подачи.

Черт, водитель отменил поездку. Черт, черт, черт!

Я заказала еще одну поездку и заскулила, когда увидела, что время ожидания – еще пятнадцать минут.

Слезы отчаяния катились по лицу, и я стала думать о том, что, черт возьми, поеду до аэропорта автостопом, если в следующую минуту такси не приедет.

Я не должна была позволить уехать ему утром. Должна была разобраться со своим дерьмом раньше. Должна была поговорить с ним.

Я облажалась, но не собиралась сдаваться. И не собиралась позволить ему сдаться.

Я вытащила телефон.

Я: