Вторая половина дня была похожа на постоянный зуд в труднодоступном месте… я ужасно злился. Пока Блэйк была на фотосессии, я застрял в ловушке на групповой тренировке, которая казалось просто бесконечной. Два поражения подряд заставили нас работать усиленно для того, чтобы улучшить нашу игру. Но меня сводила с ума мысль, что Блэйк сейчас слишком далеко от меня, за пределами моего защитного пузыря.
Во время перерывов я, как одержимый, проверял приложение для отслеживания, чтобы убедиться, что она все еще на съемках. За ней повсюду следовал телохранитель, но она не ответила на пару последних сообщений. Я БЫЛ НЕДОВОЛЕН.
Во время одного из таких перерывов Сото наклонился ко мне, прервав разговор, который я пытался завести с Уолкером о наших с ним любимых частях «Парка Юрского периода».
– Привет, Ари! Я сегодня стал участником одного очень интересного разговора.
Он слишком старался казаться невинным, и холод заструился по венам.
– О, да? – я ответил, пытаясь сделать максимально небрежный тон. – С кем?
Улыбка скользнула по уродливому лицу Сото.
– Просто со случайным незнакомцем. Он тусовался с нами перед тренировкой, задавал вопросы о тебе. Показался хорошим парнем.
Подавив желание ударить его хоккейной клюшкой, я стиснул зубы и сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания.
– О чем именно он спрашивал?
Сото приподнял бровь.
– О, просто хотел узнать, когда ты начал встречаться со своей девушкой. Спрашивал о твоем графике… Ничего особенного.
– И ты ответил на все эти вопросы? – недоверчиво спросил Уолкер, выглядевший в данный момент не столько как диснеевский принц, сколько как диснеевский злодей. Он сердито уставился на него.
Сото пожал плечами, делая вид, что в этом действительно нет ничего особенного.
– Как он выглядел? – спросил я, неприятное чувство скрутило желудок.
– Знаешь, это забавно, Ланкастер, – протянул Сото. – Но он был очень похож на тебя.
С этими словами он откатился в сторону. То, что он сказал, фактически означало для меня потерю фокуса на тренировке.
Когда я проверил приложение во время следующего перерыва, худшие опасения подтвердились.
Приложение для отслеживания было отключено.
Последний щелчок фотоаппарата оповестил об окончании съемки. Это была третья съемка за последние две недели. Меня действительно уволили из ресторана за то, что ушла во время смены, не сказав ни слова… но это было как нельзя кстати, так как я все равно не смогла бы отработать смены из-за появившейся работы на стороне. Очевидно, креативный директор Renage поделилась с кем-что, что готовящаяся рекламная кампания получилась очень крутой – и все благодаря мне.
У нас с Ари все было… идеально. Он ходил со мной на съемки, когда не было тренировки. И его даже втянули еще в пару из них.
Я пристрастилась к сексу в гримерке.
Поэтому было очень жаль, что сегодня у него была тренировка.
Мне также нравился примирительный секс. Как и любой другой вид секса, который был с Ари.
Так что, думаю, это была беспроигрышная ситуация.
Жизнь приобрела сказочный вид после той ночи, когда я раскрыла все секреты. Я действительно чувствовала, что любовь физически исцеляет, и любила его так сильно, что это причиняло боль. Очевидно, мне еще многое предстояло сделать, травма всей жизни и ужасные способы их преодоления не исчезнут в одночасье.
Но я чувствовала, что меняюсь. Это дало надежду на то, что он прав: когда-нибудь, возможно, будет не так больно.
Я поблагодарила съемочную группу и направилась к гримерке. Уткнувшись в телефон, я вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Стоило мне поднять глаза, чтобы найти сумку, меня охватил ужас. Я вскрикнула, оказавшись лицом к лицу с очень неожиданным посетителем – Кларком.
– Что ты здесь делаешь? – выпалила я с колотящимся о грудную клетку сердцем. Его измученный и взъерошенный вид резко контрастировал с уверенным в себе успешным мужчиной, с которым я встречалась столько лет, и впервые с тех пор, как познакомила с ним… я немного испугалась.
– Кларк? – спросила я, голос был спокоен, но с оттенком неуверенности.
Налитые кровью глаза наблюдали, и мне стало беспокойно.
– Блэйк, – начал он хриплым голосом, в котором чувствовались нотки усталости – раньше ее не было. – Я должен был увидеть тебя.
Инстинктивно я сделала шаг назад, рука легла на край туалетного столика.
– Почему сейчас, Кларк? – спросила я, любопытство и осторожность переплетались в тоне. – Мы с тобой не говорили… с тех пор, как я переехала. Я порвала с тобой.
