— Я знаю, что ты сбил с его головы шлем.
— И?
— Этот шлем сделали из моей маски…
Дрюня замер, кинул на меня непонятный взгляд и проорал на всю пещеру:
— И моей головы!
Я чуть не оглох от рёва Дрюни!
— Ты даже не представляешь, на что способен этот люд! Они сделали из моей головы шлем! И после всего этого меня называют монстром? Да ты хоть знаешь, что тут вообще происходит? Сколько тебе дней? Или может быть месяцев? Сколько зим ты тут находишься?
— Я точно не знаю. Скорее всего и месяца нет.
— Ты ничего не знаешь!
— А я разве тебя в чём-то упрекаю, или обвиняю?
— Ты обрёл новую жизнь! Ты только глянь, кем ты стал. Представь, кем ты сможешь стать! Как можно концентрировать мысли на какой-то сраной маске⁈
— Для меня это важно.
— Важнее чем что?
— Я не могу спать. Каждую ночь меня терзают кошмары. Она… Она мне снится…
— Можешь не продолжать. Я вижу, что для тебя это действительно важно. Пойдём.
Пещера оказалась гораздо глубже и больше, чем мне показалось на первый взгляд. Мы долго блуждали по огромных пещерным ходам, пока не вышли к очередной «комнате». Под каменистым сводом скапливалось так много газа, выделяющегося вечно гниющими телами воинов, что хватило одной вспышки, чтобы я сумел детально рассмотреть содержимое этого аппендикса. Пол завален стальными мечами, большая часть которых покрылась ржавчиной. Тут были и копья с гниющими древками, и стальные доспехи — мятые, с глубокими дырами. На мои глаза попались и знакомые мне экземпляры доспехов, сделанные из сотни кусков крысиной кожи. Такой же заражённой, как и кожа Дрюни. Было тут еще кое-что. Два вороха грязной одежды. Они смутили меня. Оказалось, это одежда салаг. Их заставили раздеться. Поставили возле стены, трясущихся от страха, и заставили снять всю одежду перед неизвестностью. Они хотя бы подозревали, что с ними хотят сделать? Их предупредили?
Мне хочеться получить ответы, но это не имеет никакого смысла. Дрюня делает то, что хочет. У него свои методы. Я представил фермы, где животных умертвляли в спокойных условиях, полностью избегая стресса и страха, тем самым предотвращая выброс адреналина в их тела. Так мясо мягче. И это никто не осуждает.
Так и с Дрюней. Возможно, он хочет, чтобы тела салаг сочились адреналином. И возможно, именно благодаря такой жестокой процедуры они и проходят успешно мутацию?
Очередная вспышка зелёного света прервала мои рассуждения, осветив знакомый мне предмет. Словно отстранившись от всей суеты на груде железных мечей лежал шлем. Покосившаяся маска взирала на нас с Дрюней через пустые колодца. Сам шлем, чья основа была некогда головой Дрюни был расколот точным ударом в левый висок. От полного разрушения его сдерживали сплетённые в кольца кабаньи волоски, подвергшимся той же мутации, что и мой Друг. Бьюсь об заклад, что именно мой друг и стал прародителем всех этих уродцев, что комфортно обитают в местных землях.
— Вначале я не придал значения твоему желанию заполучить эту маску. А сейчас мне даже любопытно. Она так же рассыплется в пепел от малейшего прикосновения?
Мне тоже было интересно, но я почему-то знал, что этому не бывать.
Дрюня разрешил подойти мне к стальной куче и взять шлем.
— Будь с ним нежен! — крикнул он мне в спину, чуть я коснулся окаменевшей кожи.
Шлем был лёгким и, несмотря на сильные повреждения, держал форму, даже когда я его сдавил. Вот она. Я проделал долгий путь и вот моя финальная ленточка. Я боялся прикоснуться к маске, но мне пришлось. В голове витали сотни вопросов, ответы на которые необходимо заполучить немедленно.
Я чуть касаюсь лба и веду палец между глаз. Маска не рассыпалась. Волнение было настолько высоко, что моё дыхание прерывалось, в вот пот… на лбу не было ни капли пота. Перехватываю её двумя руками. Всеми пальцами вжимаюсь в кусок застывшей крови, что мне так услужливо подарила одна сука, осмелившаяся назвать меня паразитом. И ничего.
Я верил, что смогу хоть что-то уловить. Услышать. Или почувствовать.
Ничего. Прямо как с той маской, только эта всё еще у меня в руках и не собирается рассыпаться в пыль.
Есть еще одна идея.
На моей ладони появился маленький бугорок, из которого я быстро вырастил себе лезвие кинжала. Своё новое оружие я крепко обхватил пальцами. И принялся отделять маску от головы. Лезвие без особого труда срезало волосяные колечки, чем привлекло внимание моего Другана.
— Что ты делаешь? — спросил Дрюня, встав позади меня.
— Убираю лишнее.
Когда последнее кольцо лопнуло, стянутая кожа с прошлого черепа Дрюни рухнула на пол. В руках у меня осталась моя вещь. Моя маска. Не раздумывая, я приложил её к лицу.
Ничего не произошло. Я чувствовал обитающие внутри кровяные клетки, но они словно были отчуждены от меня. Я чувствовал их поверхностно, внутрь заглянуть возможности у меня не было.
— И ради этой примерки такой цирк с конями? — спросил Дрюня.
— С её помощью я найду одного человека.
— Для чего?
— Чтобы убить.
— Меня пугает твой настрой! Ты собрался убивать? Опасный ты человек, Червяк. Я безумно рад, что ты находишься рядом со мной.
— Ты отпустишь меня?
