Я вспомнила о своих товарищах и спустилась к ним на землю, где они всё ещё пытались привести сани в порядок. Цепи, протянувшиеся от собак к упряжи, перепутались между собой.
— Какого чёрта это было? — спросил Тектон.
— Александрия, — ответила я.
— Ты убила Александрию, помнишь? — прокомментировал Регент. — Ты ужасный человек, который делает ужасные вещи.
— Отстань от неё, ты! — непривычным голосом сказала Чертёнок. — Видишь, как её гложет вина, у неё даже начались галлюцинации!
— Мы можем хотя бы постараться быть серьёзнее?
— Не дави на них, — сказал Тектон. — Некоторые люди прибегают к юмору, чтобы справиться с тяжёлыми ситуациями.
— Так и есть, — сказал Регент с видом знатока.
— Нет, — возразил Мрак. — Они просто идиоты. Вы двое, заткните свои рты. Тут взрослые разговаривают.
Чертёнок показала ему средний палец.
Он повернулся ко мне:
— Это Александрия? Ты уверена?
— Возможно ли быть уверенным в чём-либо? Клоны, альтернативные реальности, исцеляющие способности… Могло произойти всё что угодно.
Вдали в небо взлетела ярко светящаяся оранжевая сфера. Она достигла наивысшей точки траектории, начала снижаться и с грохотом упала за горизонтом.
Я развернулась и подлетела к краю крыши, чтобы взглянуть на битву. Бегемот расплавил часть металлической руки Голема и слепил из расплавленного металла раскалённый комок. Ещё один, более холодный и бесформенный, лежал рядом с ним. Александрия попыталась выбить его, но Бегемот подхватил его лапой. Он нагрел его, пряча от огня Эйдолона и Легенды за своим телом, затем швырнул в воздух. Покинув зону смертоносности Губителя, снаряд ярко вспыхнул и полетел по той же траектории, что и предыдущий.
Лазеры державшихся на расстоянии кейпов разрезали вторую сферу на куски до того, как она долетела до своей цели.
Мрак натянул цепь, посмотрел на Рейчел. Та только кивнула.
Мы снова начали движение.
Я вернулась к разведке, удостоверяясь, свободен ли путь впереди, поглядывая на битву и проверяя, что в нашу сторону не направлено никаких атак.
Бегемот начал светиться, его серая кожа становилась всё белей, образуя разительный контраст с обсидианово-чёрными рогами и лапами. Герои несколько отступили, и он воспользовался ситуацией, бросившись вперёд, прорываясь сквозь здания и заслоны.
— Мрак! — крикнула я.
Грохот вдалеке становился всё громче. Если Бегемот продолжал идти в том же направлении, в котором двигался ранее, то сейчас он прорывался сквозь ряд зданий. Мрак меня не слышал. Я подождала, пока шум не уляжется, и повысила голос:
— Радиация! Используй тьму!
Он так и сделал, и мы погрузились в черноту. Я продолжала полёт, ориентируясь при помощи насекомых. Вперёд я рискнула выслать только лишь небольшую группу, чтобы проверять дорогу на предмет пожаров. Я летела вслепую, не имея возможности видеть.
Обнаружив впереди огонь, я снизила скорость и решила предупредить об этом команду, но поняла, что у меня нет для этого способа. Это заставило меня замедлиться ещё сильнее.
— Пожар! — крикнула я. Мрак мог меня слышать сквозь свою тьму, но только не через грохот разваливающихся зданий. Без сомнения, мой голос утонул в звуках падающих зданий, скрежещущих о дорогу саней и затерялся в потоке ветра.
Сменив курс, я полетела прямиком к саням. Прицелиться точно не удалось. Не желая вытолкнуть кого-нибудь из саней, я немного подкорректировала направление антигравом и приземлилась на переднем краю, между Рейчел и Мраком. От неожиданности тот отпустил сани, и мне пришлось схватить его за шиворот, чтобы он сам из них не выпал.
Он создал коридор посреди тьмы, оставив её слева и справа от нас.
— Огонь! — крикнула я, как только получила возможность. — Вон за тем холмом! Налево!
Он развеял ещё больше тьмы, и мы повернули настолько резко, что сани занесло по широкой дуге. Я держалась за борта, но позволила себе слегка соскользнуть назад, используя антиграв, чтобы не свалиться на дорогу.
Резкое движение отбросило пассажиров. Из-за устройства саней вывалиться из них было сложно, но люди сгрудились на одной стороне, и один мужчина наполовину свисал наружу. У него была только одна здоровая рука, и он не мог нормально держаться.
Сани начало подбрасывать на кочках, и я добралась до него как раз вовремя, чтобы подхватить. Я встала обеими ногами на борта саней, одной рукой ухватившись за борт, а второй придерживая мужчину.
Когда курс выровнялся, я помогла ему усесться получше.
Запыхавшимся голосом он сказал мне что-то, чего я не поняла.
Я снялась с места.
Мимо нас пронеслась ударная волна. Она ощущалась жёстче и интенсивнее сильного порыва ветра, но благодаря большому расстоянию и множеству зданий между нами и Губителем, её силы было недостаточно, чтобы разорвать мои внутренние органы. Я осмелилась подняться до уровня крыш, где тьма не мешала мне видеть.
