Жаль, что я не вспомнила про макияж. Не то чтобы я носила много, и не то чтобы у меня было на это время. На мне было только то, что сделали в студии, и они не сильно старались, поскольку посчитали, что я не буду снимать маску. Даже не так: именно из-за их усилий я не могла снимать маску, поскольку мне нанесли жирные густые тени, которые должны были помочь разглядеть глаза за синими линзами.
Окова подошла к вопросу примерно так же, как и Грация. Макияж, изысканно украшенная коса, и небольшие дополнения к костюму, включающие декоративную гравировку на краях всех пластин и на носовой части козырька маски. Между пластинами брони на плечах и локтях были видны полоски кожи. Она волновалась больше всех, но в хорошем смысле: не могла сидеть на месте и искренне улыбалась.
Ещё были Сплав и Голем. Голем нервничал, и я могла его понять. Как и у меня, у него были секреты, которые он не хотел разглашать. Его семья, прошлое окружение, даже то, что сейчас он жил у приёмных родителей. Кроме того, его костюм был в процессе переделки. Это был его рабочий инструмент, а увеличение эффективности часто означало потерю эффектности. Сплав, напротив, выглядел образцово. Костюм был нарочито непритязательным. Белый облегающий плащ был снабжён жёсткими рёбрами, которые расправляли ткань и прижимали к телу, чтобы упростить и ускорить абсорбцию.
— Грация, — сказал Тектон. — Без мата.
Вантон прыснул.
— Голем? — произнёс Тектон, понизив голос. — Ты должен перестать, когда ты в костюме, называть взрослых «сэр». Ты делаешь это когда ты в гражданском, вычислить тебя — раз плюнуть. До сих пор это было не важно, но это шоу — твоё испытание.
— Я, скорее всего, почти не буду говорить, — отозвался Голем. — Я так нервничаю, что кажется сейчас блевану.
— Без блевотины, — сказал Вантон.
— Без блевотины — отличная идея, — поддержала я.
— Шелкопряд… — взглянул на меня Тектон. Его глаза были едва видны за шлемом. — Я даже не знаю... Я многое для тебя сделал, и ты многое сделала в ответ, но…
Помощник режиссёра немного наклонилась, чтобы обратиться к нам, хотя и я, и Тектон были выше неё.
— Ладушки, ребятки! Вы в эфире через пять, четыре…
— Я всё ещё в долгу. Буду умницей, — шепнула я Тектону.
— Один!
Снова заиграли фанфары. Как будто этого было недостаточно, помощник режиссёра буквально вытолкнула Тектона на сцену.
Удивительно, насколько всё оказалась маленьким: и сцена с полом, покрытым серой плиткой и с фальшивым городским ландшафтом позади, и немногочисленная аудитория. Тектон провёл нас к полукруглому столу, на другом конце которого сидели трое ведущих. Самое большое кресло, ближайшее к ведущим, явно предназначалось Тектону. Наверняка его предоставило СКП, потому что обычные стулья не выдержали бы веса Тектона и его брони.
Мы сели. Тектон, Грация, Вантон, я, Сплав, Окова и Голем — в таком порядке. Пока мы занимали свои места, музыка затихла. Напротив нас сидели: взрослый мужчина, афроамериканец, женщина с выбеленными перекисью волосами и молодая пухленькая брюнетка на грани ожирения, с улыбкой победителя и объёмной грудью, по возрасту годившаяся блондинке в дочери.
— И снова приветствуем вас на «Утро с Оу, Джей и Коффи», — воскликнула женщина. — Школы сегодня нет, а у нас в гостях Стражи Чикаго. Доброе утро, ребята.
Мы поздоровались. Вантон многозначительно на меня посмотрел и улыбнулся, я тоже заставила себя улыбнуться.
— Мы так рады вас видеть, — помахала нам девушка. — Ваша команда уже как-то к нам заходила, но вы та-ак изменились с тех пор… Тогда капитаном был Каланча?
— Каланча недавно вступил в Протекторат, — откликнулся Тектон. — Он передавал привет.
— Ты тоже там был, верно? — спросил мужчина, Коффи.
— В предыдущей версии моего костюма, — ответил Тектон, — о которой лучше даже не вспоминать.
Ведущие засмеялись, и аудитория последовала их примеру. Это было несколько абсурдно. Не хотелось обидеть Тектона, но его замечание не было настолько уж забавным.
— Обновлённые костюмы выглядят куда лучше, — заметил Коффи.
— За это нам следует поблагодарить Шелкопряда. Вся одежда сделана из паучьего шёлка, — пояснил Тектон.
— Паучий шёлк, обалдеть! — заявила блондинка.
— Мы с Оковой как-то упустили эту возможность, — добавил Тектон.
— Я даже не знаю, восторгаться мне или ужасаться, — сказала девушка.
— Нам на шоу привезли гигантского японского краба, кажется, месяц назад. Джо пришлось уйти со сцены, — пояснил Коффи. — Думаю, она немного нервничает в присутствии Шелкопряда.
— Мне было так стыдно, — сказала девушка. Я постаралась запомнить, что её зовут Джо. — И вы никогда не позволите мне этого забыть.
Снова смех.
Твою ж мать, подумала я. Насколько же всё фальшиво. Фальшивые ответы, фальшивые разговоры. Их личности, болтовня, они как будто собрали всё, что раздражало меня, сконцентрировали и посадили со мной рядом перед лицом бесчисленных зрителей, так что я даже не могла отвечать так, как мне хотелось.
— Это не ты мне не нравишься, Шелкопряд, — заметила Джо. — Я не люблю насекомых. И я вовсе не нервничаю.
