— Тогда зачем нужны перемены? Зачем что-то менять? Дайте нам уйти, и возвращайтесь в свою утопию.
Нилбог кивнул и потёр подбородок. Это действие походило на пинок желе. Он не то, чтобы потёр, скорее подвигал массу туда-сюда.
— Вам нужен решающий аргумент? — спросил Голем. — Так вот он. Сделайте то, о чём говорит Шелкопряд, что предлагает Королева. Сохраняйте мир, наслаждайтесь тем, что вы построили. Если начнёте нападение, весь этот мир исчезнет. И даже если вы сможете пережить это, что вполне возможно, то именно тогда Джек и предаст вас.
— Или, — сказал Джек, — можно прекратить себе врать.
Нилбог крутанул головой и прорычал:
— Что за дерзость!
— Ваши люди голодают. Вы заставляете их поедать друг друга, только ради того, чтобы остаться в живых. Они отчаянно пытаются достать птиц с неба, в надежде вернуть ресурсы, которые вы потеряли. Ампутация сказала, долго они не живут. Сколько им отпущено?
— Четыре года. Иногда пять, — неожиданно свет потух в глазах Нилбога, вспыхнувший гнев угас.
— Кого из них вы больше всего любите? — спросил Джек.
— Польку, — сказал Нилбог и протянул руку. На ладонь создания, стоявшего позади своего короля, прыгнуло существо женского пола, ростом не более метра. У неё было узкое лицо с чертами рептилии, четыре клыка, но гладкая, человеческая кожа. Волосы были белыми, тело голубым. Одета она была в одежду ребёнка, сзади свисал длинный узкий хвост. Нилбог пробежал рукой по её волосам.
— Это не первая Полька, — сказал Джек.
— Нет. Третья.
— Она стала вашей первой, и вы полюбили её за это — за то, что она дала вам это, вытащила вас из ада, которым была ваша жизнь до того, как вы стали богом.
Мне нельзя было его перебивать. Вопрос настолько личный… может быть я и выиграла бы спор, но потеряла бы доверие Нилбога.
И всё же я понимала, что начала проигрывать. Джек нашёл слабое место Нилбога.
— Моя первая подруга, — сказал Нилбог.
— И в итоге она умерла. Потому что ваши создания недолговечны. Вы сделали новую, и не сразу, но снова полюбили её, и всё же понимали, что однажды она умрёт.
— Да, — сказал Нилбог.
— Ампутация может всё исправить. Я могу дать вам бессмертие. Я могу преподнести вашим созданиям тот же дар.
— От подобного предложения трудно отказаться.
— Однако отказаться было бы мудро, — сказал Голем.
— Король не может думать только о себе, — сказала я. — Бог уж точно не может думать только о себе. Вы ответственны перед своими созданиями.
— Это именно то, о чём я говорю, — сказал Джек. — Нужно оставить комфорт, чтобы жизнь ваших людей стала лучше.
— Хватит! — выкрикнул Нилбог. Словно реагируя на его гнев, все существа вокруг пришли в движение. Подымали оружие, выпускали шипы.
А Джек по-прежнему оставался неуязвим.
— Нилбог, — заговорила я.
— Произнеси хоть слово, и я прикончу тебя, королева ты или нет, — прошипел он.
Его глаза были безумны и безжалостны.
Он так долго жил в своём уютном мире, а сейчас от него требовали сделать трудный выбор.
— Тогда, прошу выслушать меня, — сказала я. — Потому что, видимо, я готова поплатиться за это жизнью.
— Да будет так, — сказал он.
— Если вы хотите убедиться, что Джек хочет предать вас, достаточно лишь взглянуть на ваших собственных подданных.
— Что?
— В их рядах скрыт тайный убийца. Киллер, который притворяется одним из ваших творений.
Авантюра. Последнее отчаянное усилие. Право ли моё чутьё? Приказал ли Джек Ампутации создать костюм или существо, способное спрятать создателя Сибири?
Я призвала к себе ранец, припаркованный на ближайшей крыше. Если до этого дойдёт, то придётся бежать. Я видела, как напрягся Голем, он всё правильно понял.
— Просто взгляните, — сказала я Нилбогу. — Потому что где-то рядом, здесь есть существо, которые создали не вы.
Он принялся осматривать толпу.
— Возможно не в толпе, но где-то рядом.
— Я вижу его, — заявил Нилбог. — Шишка, Заплата, держите его!
Толпа существ расступилась, и два создания схватили третье.
— Это не убийца, — сказал Джек. — Всего лишь один из… полагаю, можно сказать, вассалов Ампутации.
— Так и есть, — сказала Ампутация.
Мужчина-Сибирь шевельнулся. Готов броситься?
Если да, я не смогу двигаться достаточно быстро.
— Одну минуту, — сказал Джек и встал со своего кресла.
«Нет», — подумала я.
— Не слушайте его!
— Я поступлю так, как захочу, — сказал Нилбог. — Последнее слово, сир Джек?
— Да, последнее слово, — Джек подошёл к пленному. Сибирь последовал за ним.
— Позволите ему это сделать, и он убьёт вас, — сказала я. — Ваши создания сойдут с ума от горя, они умрут в попытке отомстить, но именно этого Джек и хочет.
— Вовсе нет, — сказал Джек. — Потому что…
За секунду до того, как Сибирь коснулся чудовища, Голем воткнул ладонь себе в бок, используя силу, чтобы появившейся рукой подбросить Мантона в воздух. Сибирь прыгнул вперёд, ударил сквозь земляную руку и схватил своего создателя за ногу.
Нилбог привстал со своего кресла, он был настолько массивен, что вряд ли вообще мог полноценно стоять. Он уставился на Голема, на руку, и его лицо искажалось гневом. Если, конечно, подобное лицо вообще можно было исказить.
