Чтобы использовать свою силу, ему нужно сосредотачиваться на людях, а если он не видит цель, то воздействие оказывается намного слабее. Ещё одной точкой приложения силы был мой голос и то, что он знал, где я нахожусь.
— Как невежливо, — сказал Джек.
— Никаких фокусов.
— Я мог бы послать за тобой Сибирь, — сказал Джек. — Ей даже не нужно тебя убивать. Просто схватить. Ампутация и Серый Мальчик могли бы знатно повеселиться. Помнишь, что мы сделали с лидером вашей команды? Представь себе вечность, наполненную болью, которую тебе обеспечит Серый Мальчик уже после того, как Ампутация добавит тебе новых нервных окончаний.
— Да, ты мог бы это сделать, — согласилась я.
Остальные были уже у подножия лестницы.
— Остальные уже здесь, Джек, — послышался голос Душечки.
— Значит, твоё время вышло, Шелкопряд. Надеюсь, ты не пожалеешь о своём промедлении.
Точно не пожалею.
Я глубоко вдохнула, подождала момента, когда Джек отвернётся, затем шагнула в комнату.
И открыла огонь.
Впервые это произошло, когда я выступила против Манекена, незадолго перед тем, как наткнуться на Славу. Первым же в жизни выстрелом я поразила цель.
Теперь я лучше понимала, почему.
Я распределила насекомых по окрестностям и могла чувствовать местность, её топографию, где что находилось. Чувство пространства у меня не идеальное, но оно — моё преимущество. Оно помогало наводить оружие на цель, чувствовать траекторию полёта пули. Будто я вытягиваю руку в идеально прямую линию, касаюсь цели, а затем целюсь вдоль линии в конечную точку. Именно так я помогла Рапире подстрелить Тирана.
Единственная оставшаяся Сибирь метнулась к Джеку раньше, чем я успела нажать на спусковой крючок.
Но я не целилась в Джека, даже не собиралась. Как он и сказал, вместе с ним был Серый Мальчик. Если он меня увидит — я обречена.
Пуля попала в голову Душечке. Другая досталась Крик.
Я помедлила.
И застрелила Астер, которую держал на руках Топорылый.
Мантон…
Нет. Слишком опасно. Серый Мальчик двигался, пытаясь занять лучшую точку для обзора.
Я развернулась и для набора скорости включила реактивный ранец.
Сибирь отлипла от Джека и бросилась в погоню. Краулер лишь на шаг отставал от неё.
В то же мгновение я, подавая сигнал, нарисовала множество линий.
Фестиваль и Рапира одновременно открыли огонь, арбалетные болты и энергетические сгустки прорывались сквозь стены и ряды клонов Бойни номер Девять.
— Нет! — приказал Джек. — Сибирь, ты с нами. Пульты запрограммированы?
— Ага, — ответила Ампутация.
— Уходим. Делимся на группы. Одна группа — одна крупная цель.
Джек быстро их рассортировал, Сибирь касалась его, Мантона и Ампутацию, а вокруг продолжали летать болты и шары плазмы. Каждую секунду умирали один-два клона.
А затем они разбились на группы. Ампутация помедлила, затем оторвалась от Сибири, подбежала к своей толпе и нажала на пульт. Они исчезли.
Ещё одна группа сбежала.
Затем три оставшиеся группы пропали одновременно.
Я сошла с лестницы и упала на четвереньки у её подножия. Остальные, кто успел добраться до этого помещения, окружили меня.
— Они ушли, — сказала я, тяжело дыша. Не от перенапряжения, но от абсолютного ужаса перед тем, что я натворила.
— Мы отправимся в погоню, — сказал Шевалье и посмотрел на Отступника: — Мы можем это сделать?
— Сможем, если здесь есть компьютер, — ответил Отступник.
Я только кивнула.
— Хорошо, — сказал Отступник.
Я увидела, что вместе с Фестиваль к нам подходит Голем.
— Астер мертва, — сказала я.
Он словно окаменел.
— Мне очень жаль, — добавила я.
— Ты же не… — начал он, затем замолчал, тяжело глядя на меня.
— Не бери в голову. Извини, что спросил, — наконец, сказал он. — Что бы ни случилось — так будет лучше.
По его голосу не было похоже, что он сам верит в то, что сказал. Ни капли уверенности.
«Так будет лучше», — подумала я, когда Голем вместе с Шевалье и Отступником начал подниматься по лестнице.
— Можешь мне сказать, в каком порядке они ушли? — спросил Отступник.
Я кивнула.
— Хорошо. Тогда, думаю, мы сможем определить, кто куда направился. Мы можем уничтожить это место, отрезать им путь к отступлению.
Что означало: мы знаем, куда направился Джек, и он больше не сможет сбежать.
Предстоит финальная схватка.
Тео медленно выдохнул. Он и не осознавал, что задержал дыхание. При последующем вдохе запах дерьма и крови оказался настолько силён, что у него перехватило дух. Он сдержал кашель, издав невнятный звук.
Его взгляд упал на два окровавленных штыря, вбитых в стену. Видимо, это было место, где распяли Нилбога. С одного из них что-то свисало — то ли сухожилие, то ли вена, то ли клок мяса. Короля гоблинов сорвали с них в такой спешке, что часть его осталась на месте.
Некоторое время он провёл, уставившись на металлический штырь со свисающим куском плоти. Остальные были заняты. Было необходимо выработать стратегию, привести оборудование и снаряжение в порядок, ознакомиться с инструментами и техниками, которыми располагал отряд кейпов.
