— Многие люди занимались твоим спасением. Я даже растерялась. Это я привыкла быть золотым ребёнком, однако мне не повезло, никого не оказалось рядом, когда мне было нужно.
— Мне кажется, Маркиз помог тебе, — сказала Сплетница.
Панацея взглянула на отца, который смотрел на нас с приподнятой бровью.
— Может быть, — сказала она. — Я думала, что ты теперь герой. Работаешь со старой бандой?
— Слово «банда» давно вышло из моды, — сказала Чертёнок. — Такое мелкое! Есть же варианты получше, чтобы выразить происходящее. Она правит командой старых главарей, вновь на вершине Олимпа.
— Ш-ш, — утихомирила её Сплетница. А после небольшой паузы прошептала — Олимп?! Откуда ты такие слова знаешь?
— Не герой и не злодей. Просто пытаюсь выжить, — сказала я, — рядом с людьми, которых лучше всего знаю. С теми, кому доверяю.
— Понятно, мы тоже пытаемся выжить. Двенадцать врачей, двадцать медсестёр, я, мой отец и то, что осталось от старой банды моего отца. Они посылали нам самых тяжело раненых в бою, пока мы пытались устроиться, чтобы вместить большое количество людей. И тогда ударили Янбань, с тех пор мы переполнены.
— Понятно, — сказала я.
Панацея переступила с ноги на ногу. Сейчас она создавала другое впечатление. Это несомненно появилось после тюрьмы. Не позёрство, нет. Просто она вела себя более естественно.
— Тебе что-то нужно, — спросила она. — Вы же не просто так сюда пришли.
— Я хотела сказать, что мы собираем силы. Чтобы разобраться с несколькими угрозами. Пытаемся собрать как можно больше тяжеловесов, и начинаем с тех, кого не было на платформе. Мне кажется, у нас есть для тебя применение.
— Понятно, — ответила она. — но я не хочу, чтобы меня «применяли».
— Это не то, что я хотела сказать.
— Я знаю, но у этих слов всё равно есть такое значение, не так ли?
— Да, есть, — ответила я.
Она оглянулась на отца. Тот сидел рядом с человеком, которого исцелял, и к нему присоединились ещё пара человек. Судя по виду — кейпы.
— Я не могу остановить Сына, — сказала Панацея. — Скорее всего я не смогла бы до него даже дотронуться. Но даже если бы и дотронулась, сомневаюсь, что получилось бы что-то сделать.
— Вероятно, так и есть, — сказала я.
— Ты собираешься остановить его при помощи гигантских собак? Насекомых? Люди пытались и у них ничего не вышло. Это всё, что у нас осталось. Найти места, где человечество сможет жить и если нам повезёт, двигаться дальше. Или начать заново, если не повезёт. Убедимся, что население достаточно разбрелось, но не настолько сильно, чтобы потерять способность восстановить численность. Разделить человечество на группы по шесть-десять сотен людей и разбросать их в какой-нибудь глуши.
— Это не сработает, — сказала Сплетница. — Сын слишком быстро перемещается, а мест, чтобы спрятаться, по большому счёту, не так много.
— Каждый раз, когда ты открываешь свой рот... — сказала Панацея. Было похоже, что она собиралась что-то добавить, но передумала.
— Ты одна из сильнейших кейпов, — сказала я. — Ты нужна нам.
— Я с вами, — сказала Панацея. — Но только не в бою.
Я вздохнула.
Раздался глухой рокот. Почти животный звук.
Я повернулась и увидела что тот опрятный человек, Щегол, стоит рядом с Луном и Ампутацией. Шум издавал Лун. Странный звук, учитывая, что он стоял совершенно неподвижно и в своём человеческом облике. Высокий мускулистый азиат, покрытый татуировками. С момента прошлой нашей встречи татуировок прибавилось. Больше драконов в восточном стиле. Волосы стали длиннее, на щеках и подбородке появилась щетина.
Ампутация не была одета как маленькая девочка. И волосы не были завиты в колечки. На ней был серый спортивный костюм.
Рейчел чуть слышно зарычала, зловеще вторя Луну.
Лун шагнул вперёд и подтолкнул Ампутацию, которая неуклюже переступила на несколько шагов.
— Толкаться невежливо, — сказала она.
— Не строй милашку, — прорычал он. — Мы тебя предупреждали.
— Ладно, хорошо! Заебал уже толкаться. Просто скажи, куда идти.
Он указал в нашу сторону.
Они подошли ближе и Ампутация остановилась рядом с Панацеей. Лун положил руку ей на голову и остановил её дальнейшее движение.
Она резко развернулась и хлопнула рукой по его ладони.
— Не надо так делать! — воскликнула она.
— Кто-то чересчур несдержан, — заметила Чертёнок. Она так и не надела маску, хоть и взяла её с собой. Глаза были прищурены.
— Я не выспалась, — сказала Ампутация. — Старшая сестрёнка вытащила всё ценное, что было внутри меня припрятано, и не выключила боль. Я чувствую себя такой лёгкой. Так странно. Не могу сидеть спокойно, да они мне и не позволяли.
— Проблемы паралюдей первого ранга, — сказала Чертёнок. В голосе не было ни капли веселья.
— И они вечно меня проверяют, — сказала Ампутация, пропустив слова мимо ушей. Она смотрела на Панацею и Луна. — Поверьте мне, я вас не раскромсала и в будущем не собираюсь. Может хватит проверять меня?
