Я не хотел лишней суеты. Мне не хотелось подходить к каждому и делать из их бесполезной стали — настоящее оружие. Я хотел всё и сразу. Возможно, я хотел насладиться их бесстрашием. Ведь я так страшно устал от страха.
Пять ударов сердца — и клинок каждого воина мягко поблёскивал на солнце алым. Алая гладь отступила к моим ногам, выпуская из своих тисков людей. Толпа качнулась, воины вернули себе свои тела.
Когда люди осознали, что в их руках не просто оружие, а самое настоящее оружие против кровокожих, воздух взорвался восторженными криками. Рёв был настолько сильным, что всех ворон сдуло с крыш. Недовольные птицы взмыли к небесам, швырнув нам в лица чернильные перья.
Толпа ликовала.
Толпа гудела и ревела.
— Инга даровала вам силу! — рвал глотку Ансгар, настраивая толпу на битву. — В ваших руках оружие, способное разить доспех кровокожих! Знайте это! Знайте! Ибо знание дарует нам победу! Бейте их, не зная страха! Бейте их без сожаления! Верьте в победу, и она ответит вам взаимность.
Как и обещал Ансгар, его люди шли во главе нашей армии. Мы шли по пыльной дороге в сторону солнца, достигнувшего своего зенита. Туда, где морская волна омывает песчаный берег, а город из отполированного камня станет отправной точкой к моей главной цели. Я улыбался, стоило мне обернуться назад и увидеть огромную колонну из воинов в кровавых доспехах, тянущуюся за нами огромным хвостом. Мои друзья рядом со мной. И даже Кара с нами. Волчица постоянно забегала вперёд, вынюхивала что-то, а потом садилась на задницу и дожидалась нас.
— Инга, — Ансгар шагал по правую от меня руку, толстая кожа его доспеха приятно похрустывала и скрипела. — А что дальше?
— Дальше?
— Да. После того, как мы победим? Ты распустишь по домам всех своих людей?
— Ансгар, ты еще не победил, а уже собрался домой. Нас ждёт всего лишь битва. И эта битва часть большой войны.
Ансгар смотрел перед собой на дорогу с гордо поднятой головой. Непослушные волосы трепал прохладный ветер, его губы давно обветрились и покрылись еле заметными струпьями. Отпив из фляги в кожаном чехле воды, он произнёс:
— Мы пойдём с тобой до конца.
— А ты точно готов? Даже я не могу видеть так далеко.
— У нас нет иного выбора. Я не смогу заснуть, не зная, что всё кончено. Посмотри на эти обветшалые дома с их забившимися в углы от страха жильцами. Когда мы минуем эти деревни, после нас останутся одни вопросы. Как думаешь, их жизнь станет спокойнее, или в их душах поселится тревога?
— Эти бедняги и так живут в тревоге. Тревога — их судьба. И когда мы уйдем — после нас останутся лишь вопросы.
— На которые эти люди будут жаждать получить ответы. Так и я. Я не смогу жить спокойно, пока не получу все ответы. Мы обязаны потушить их тревогу, разгорающуюся в их душах с каждым нашим шагом по их земле.
— Я думаю, в этом крестовом походе мы сумеем потушить полностью пожар тревоги.
Кара вдруг гневно зарычала. В её голове колоколом раздалась тревога.
Я приметил волчицу в нескольких сотнях метров от нас. Она стояла в боевой стойке у сваленных на песчаную дорогу ворот. Мы уже были в этой деревеньке, тогда еще, когда проходили по этой тропе в первый раз.
— Инга, — голос Ансгара стал тревожным, — что случилось? Кара бы не стала так реагировать на пустяк.
— Значит, там не пустяк.
Дрюня приказал всем остановиться, когда я, Осси и Ансгар кинулась к волчице. Деревенские дома, казавшиеся из далека целыми, оказались в удручающем состоянии. Двери выбиты, окна разбиты, у некоторых оконные рамы вывернуты наружу. Часть домов так вообще обвалилась.
«Кара, что ты видишь?» — спросил я, встав рядом с волчицей.
«Нечто. Ни зверь, ни человек.»
Мы двинули по пыльной дороге вглубь деревни. Гробовая тишина. Даже птицы не кричали, молчал скот. Раньше мне доводилось видеть такую картину: разбитые дома по обе стороны заасфальтированной дороги. Всюду стекла, ломаная доска, разбитая мебель, вещи людей и их изувеченные тела. Здесь всё было так же, но нигде не было тел. Трупы отсутствовали. Быть может, все успели разбежаться? Я даже не знал, радоваться этому или нет.
Углубившись почти в самый центр деревни, наше внимание обратил на себя один из домов по правой стороне. Одноэтажный, из толстых брёвен. Я его сразу вспомнил. Это дом Морты, женщины, чью дочку силой забрали кровокожи.
Окна выбиты, дверь нараспашку. Моё любопытство потянуло к этому дому, но раздавшийся внутри женский крик заставил меня замереть.
— Внутри кто-то есть! — рявкнул Ансгар, снимая с пояса свою жуткую булаву из отцовского черепа.
— Успокойтесь, — сказал я. — Нас целая армия.
Я вышел вперёд своих друзей и медленно побрёл к дому. Я вслушивался и всматривался. Женщина больше не издала ни звука, но внутри дома явно началась суета. Брякнула посуда, что-то разбилось о стену. Раздался скрежет половых досок, будто внутри разом сдвинули всю мебель с места.
