– Вот, в такой, значит, комбинации и не обгонит тебя твой младший коллега. Хороший компромисс я тебе дарю? Цени! Ну и… с орденом третьим, это вы, Шура с Григорием, выход нашли, согласен, не худший из возможных в данном положении. Так что, как и порешили, готовь скорее бумаги, и закрываем тему.
– Слава те, Господи, закрываем, Евгений Савватеевич!
– И напоследок. Значит, список награжденцев первого краснознамённого
ряда с горем пополам сформирован – Мордарь, Стюднев и Степчук… Что ж, оспаривать его не будем, хотя компашка сюда вошла и не слишком разнородная, даже более того – своеобразная святая троица. Так и запишем… И, говоришь, в области вашей в преддверии торжеств по данному случаю всё отлично, без эксцессов пока?
– Б-без эксцессов, ув-веряю вас, Ев-вгений Савватеевич! – опять похолодело в животе Александра Всеволодовича.
– Ну, вот и ладушки! Привет коллегам…
ХХIII
Положив телефонную трубку, Стюднев ещё какое-то время приходил в себя, прежде чем его дыхание выровнялось, и он смог относительно спокойно осмыслить происходящее. Ура! Гип-гип!! Всё сложилось!!! Только, вот, концовочка этой эпохальной беседы нервишки немного щекотнула, да иезуитские вопросы в её середине. Но в целом удачно… очень-очень удачно!
Вообще-то, после такого насыщенного эмоциями разговора с Москвой неплохо бы и расслабиться под рюмочку-другую родимой, да… половина рабочего дня ещё впереди.
Конечно, в полученной только что на официально-дружеском уровне информации ничего сверхординарного, такого уж неожиданного не содержалось. Всего лишь словесное подтверждение давно витающего в воздухе. Но как, всё равно, волнительно! Наконец-то! Окончательное утверждение в ревностно блюдимой им должности, присвоение ожидавшегося так долго и с таким нетерпением «генеральского» чина Государственного советника, плюс орден уже фактически подтверждённый… и всё это сразу, в один присест. Хорошо!
А по отношению к подлецу Борьке Степчуку чувство двоякое. С одной стороны… аллергического свойства соседство-сотрудничество со сколь вызывающим, как гад ползучий, чувство омерзения в смеси с леденящим кровь подспудным страхом, со столь же и, увы, необходимым в решении некоторых, в большинстве своём негласных вопросов (а такая зависимость особенно отвратительна и тягостна) вот-вот закончится. С другой – не тебя, многоопытного и непоколебимо, до мозга костей преданного партии и закону специалиста-правоведа с учёной степенью и множеством прочих достоинств приглашает на ответственную руководящую работу областной комитет партии,
а – этого щенка, ублюдка, способного, подобно Талейрану45, хладнокровно и
бесстрастно мимикрировать во что угодно, влезть в душу хоть к дьяволу, если
ему это выгодно. Да не просто берёт этакую образину обком на работу, а ведь
ещё и с ближайшей перспективой перевода на высокую должность в столицу! Где справедливость?
Но, в целом, всё-таки, чего уж там – хорошо! Разве что только опять же эти странные, возможно случайные, а возможно, и не совсем случайные, но в любом случае немало напрягающие вопросы замгенпрокурора Евгения Савватеевича – а то, и впрямь прознали что?.. В остальном же… всё пока в нашу пользу.
Дабы скоротать редко выпадающее в течение рабочего дня свободное от совещаний, заседаний и прочих рутинных дел время, Александр Всеволодович придвинул к себе раскрытую за минуту до телефонного звонка из Москвы папку с бумагами, изъятыми у следователя междуреченской районной прокуратуры Наконечного после недавнего инцидента на территории облпсиходиспансера. Процессуально эти документы были приобщены к уголовному делу по обвинению Корифея Десяткина в изнасиловании с угрозой убийством, но почему-то хранились следователем в тот день отдельной пачкой, хотя и в том же портфеле, что и всё дело. Но начал читать Александр Всеволодович, как ни мучило его любопытство, всё же не с изъятых документов, а – с хранимой в особом отсеке рабочего сейфа докладной записки своего «заклятого друга» Степчука. Усмехнувшись над первой, трусливо выделенной жирным шрифтом строчкой так называемой адресатной «шапки», всё остальное содержание записки постигал товарищ Стюднев весьма увлечённо. Итак…
«
