– Коровкина. Нет-нет, ничего такого особенного не произошло. С Григорием Михайловичем Мордарём у нас полнейшее взаимопонимание по всем вопросам. Он идёт первым номером по списку, я – вторым. А что касается Фёдора Лукича Коровкина… Он, кстати, тоже наш с вами институт заканчивал, только на пару курсов позднее. Вряд ли вы его помните – тихий такой, малоприметный, застенчивый в общении. Такие обычно слабо запоминаются даже ближайшими однокашниками вузовскими, хотя со временем из них нередко получаются толковые и продуктивные работники, а то и низовые руководители, потолок которых, как правило – должность местечкового прокурора, или, допустим, председателя райнарсуда. Безупречно отработают своё, и тихо уходят на заслуженную пенсию, иногда, если повезёт – персональную республиканского, и даже союзного значения. Так же тихо доживая потом жизнь в этом же райцентре. Так вот, почему-то, скорее всего из ложно понимаемой скромности, или такой же идефикс-сверхчестности, считает себя Фёдор Лукич недостойным столь высокой награды.
– А высочайшие в области показатели его района по раскрываемости?
– Стопроцентная раскрываемость преступлений в его представлении – прямая трудовая обязанность всех сотрудников правоохранительных органов, работающих исключительно по зову сердца, из идейной, а не какой-то иной убеждённости. Вот так…
– Странно… хотя и заслуживает уважения такая позиция. Представляешь, если бы все у нас такой «ложной скромностью» вдруг заразились? Какой скачок произошёл бы в самосознании кадров! Горы бы своротили на пути к идеальному обществу! Но, тем не менее, с зависающим по такой непредвиденной причине орденом надо что-то делать… Сами себя можем высечь: государство высоко оценило труд немалого коллектива вашей облпрокуратуры в целом, выделило хороший лимит на правительственные награды, а конкретно вручить их и некому, что ли… Дескать, работаем всем гуртом хорошо, а каждый по отдельности ребята наши плохонькие, и наград недостойны. Особенно рядовые трудяги. Один орден – обкому, второй – прокурору области, а третий забирайте назад. Так? Ну, что скажешь, Александр, комар тебя бодай, Всеволодович?
– Есть, кажется, выход…
– Правильно, светлая твоя голова! Кто фактически раскрывает преступления и улучшает показатели самого боевого участка переднего края борьбы с преступностью – района? Конечно, следователь! В тесной связке с милицейскими оперативными службами, о которых мы тоже позаботились – их ожидает своя порция наград: пусть не орденов, но медалей самых престижных для этой категории сотрудников. А какой район вышел в передовые, какой у нас в первой строке праздничной отчётности? Ещё раз правильно – Междуреченский. Так, давайте и переоформим на следователя-«стопроцентника» этого района отказной орден его «шефа» Фёдора Лукича Коровушкина.
– Коровкина…
– Да какая теперь разница – Коровина, Быкова, Овечкина!.. Словом, времени хоть и крохи остаются, но пока ещё оно позволяет что-то исправить, поправить. Срочно присылайте одобренные обкомом характеризующие героя документы, мы позвоним Грише Мордарю, попросим не затягивать с визированием, и – вперёд!
– Я извиняюсь, Евгений Савватеевич, но… как раз именно с этим следователем не всё увязывается под такую награду. Специалист, конечно, классный, каких поискать – этого у него не отнять, и я ему, как сыну, всё бы отдал, даже свой орден уступил бы. Но… маловато он ещё работает в этом районе, да и женат, в свои тридцать с небольшим, аж третьим, обратите внимание, браком.
– Что, пьёт? И по этой причине рушит семью за семьёй? Так ведь, у вас в глубинке, трезвенников-то днём с фонарём не сыскать, а – гляди ж ты, рождаемость куда выше городской, что и поддерживает какой-никакой баланс, не даёт государству нашему окочуриться из-за естественной убыли населения. То есть, хоть днём и пьют, а ночное своё дело всё ж разумеют. И семьи сельские худо-бедно существуют, разводов почти не бывает, в отличие опять же от городских реалий. Или, по другой какой причине меняет жён как перчатки ваш классный следователь? Половой гигант, наверное, красавец-гуляка?
– Да я бы не стал обвинять его ни в каком сегодняшнем разврате. Чего зря наговаривать на остепенившегося после некоторых ошибок ранней молодости человека. Хотя, парень он действительно видный, женщины на него заглядываются, не без этого. Просто… не складывались у него как-то с самого начала что личная жизнь, что служебная биография. Очень уж неуживчив по характеру… такое впечатление, что без конфликтов он, не только дома, но и на службе, как без пряников. А для общественно-политической характеристики работника советской правоохранительной системы это – не лучший штрих.
– Согласен, минус немалый, когда у сотрудника наших органов нет нормальной, крепкой, раз и навсегда сколоченной семьи – ячейки социалистического общества.
– Ну, справедливости ради, стоит отметить, что с последней живёт, вроде,
