Ближний Восток — кипящий котел противоречий и достаточно было поднести спичку, чтобы регион взорвался. Захват Мосула стал, именно, тем камнем, что обрушил лавину. Череда объявлений суверенитетов и вспышек очагов сопротивления с правительственными войсками захлестнула обширные территории.
Англичане давили со стороны Суэцкого канала и Персидского залива, обрабатывая арабов по полной в экстренном порядке. Раздавая обещания, которые они явно не собирались выполнять. Русская армия не отставала от союзников и словно каток продвигалась вперед. Первая конная армия, наконец, соединилась с войсками Кавказского фронта, и с обеспечением стало немного проще, что позитивно сказалось на дальнейшем продвижении в сторону Сирии.
Конный лейб-гвардии полк в последнее время был в фаворе у власти. Именно отсюда стремительно взлетел наверх великий князь Дмитрий Павлович и, конечно, он не забывал про своих бывших сослуживцев. Новое вооружение, лучшие инструкторы, подготовленные рекруты и продвижение по карьерной лестнице. Правда, и требовал от гвардии немало.
Представители знатных фамилий, офицерских династий и князья императорской крови прошли через кровь и страдания, чтобы оказаться за тысячи километров от родного дома. Отправка гвардии в Персию, а потом и дальше тяжело далась лошадям. Большинство успело не по разу сменить своих коней. Люди все вытерпят, а вот их боевые товарищи не готовы к столь суровым условиям.
— Борис Егорович, что будем делать с трофеями? — задал вопрос командиру первой гвардейской кавдивизии, начальник штаба полковник Матковский.
Генерал-майор Гартман по решению диктатора Российской империи резко взлетел в командиры дивизии, обогнав на повороте Скоропадского. Из-за чего последний затаил обиду на жгучую несправедливость и перевелся во вторую гвардейскую кавдивизию, что сейчас наступала в сторону Багдада.
— Снова старые винтовки и пушки? — скривился генерал от мысли, что ему придется разбираться с хламом.
Боевой путь гвардии прошел через многие сотни километров постоянных сражений в пустыне. Взятые лихим натиском города и разбитые войска противника навсегда вписались в страницы боевой славы. Трудно было не заметить отличия между стойкими германцами и сборной солянкой турецкой армии.
На подступах к Дамаску турки организовали сопротивление из всех доступных сил, но были быстро сметены огнем пулеметов и конной артиллерии. Первая бригада первой гвардейской кавдивизии «взяла в сабли» отступающих, состоящих в основном из подчиненных турками народов. Очередная толпа пленных, которых придется распустить по домам.
— Как ни странно, нет. Все оружие новое, германского производства. Считаю, пулеметы можно и себе оставить. Хватит на нас наживаться армейским интендантам.
— Это плохо, — не разделил радость начштаба Гартман. — Значит, германцы решили поддержать союзника и возможно скоро нам придется гонять по пустыне не дикарей в тряпках и слабо мотивированную турецкую армию, а встретиться с регулярами Рейха.
— Слышал, что Генштаб обещал прислать помощь. Заканчивается формирование Второй конной армии и кроме как к нам некуда их отправить, — проявил осведомленность Матковский. — Нам бы продержаться месяц другой…
— Кто бы нам дал столько времени, да и обещать, не значит жениться. Турки соберут все свободные войска и устроят загонную охоту. Как бы не пришлось спешно отступать в Мосул по пустыне. Или ты считаешь, как некоторые «мудрые» генералы Генштаба, что мы самостоятельно справимся?
Полковник не успел ответить, так как к ним подъехал запыхавшийся ротмистр с красным лицом, сгоревшим от палящего солнца. Генерал Гартман, как и большинство его подчиненных, тяжело переносил чужой климат. Но по сравнению с тем, что гвардия наконец-то воюет и одерживает победы, а не стоит в резерве все это мелочи.
— Господин генерал, из города выехал какой-то важный араб с сопровождением. Спрашивает главного военного начальника, — доложил ротмистр.
— Как зовут твоего араба? Надеюсь, не очередной хранитель гарема? — с насмешкой спросил начштаба.
— Представили, как Фейсала ибн Хусейна…
Прикомандированный полковник ИСБ, молча сопровождающий генерала на всем пути следования первой гвардейской кавдивизии, встрепенулся при этом имени и потерял всю свою расслабленность.
— Сын очень важного человека. Нам важно перетянуть его на свою сторону и заключить союз. Любой ценой!
— Тогда, где наши дипломаты? — нахмурился генерал.
— Время дипломатов еще не пришло, — улыбнулся полковник ИСБ. — Пока разведка и военные не достигнут поставленных целей. Так что кроме нас с вами, господин генерал, некому принимать ответственные решения.
— И какие у вас указания?
По задействованным силам генерал Гартман понимал, что Российская империя пришла в этот регион надолго и свое присутствие будет обозначать в присоединенных землях, а не в колониях или протекторатах.
— Мы не будем давать ложных обещаний в отличии от наших союзников. Наши интересы будут указаны письменно, как и условия военной поддержки. Хотят других условий — пусть идут к британцам, — цинично ответил полковник.
