— Рядовой Томилин, обращайся ко мне как положено, а то неизвестно, кто к нам еще заглянет на огонек, — строго посмотрел на молодого солдата подпрапорщик, но быстро сменил гнев на милость и, пригладив усы, ответил. — Такой силой, как есть побьем. Наше дело простое скажут сидеть в окопах пожелаем удачи тем, кто атакует, а если прикажут идти в наступление, то помолясь, пойдем на врага. Такова солдатская доля…
Масштабное летнее наступление было поддержано всеми фронтами и армиями. Зная наперед, как было с Брусиловским прорывом, когда многие представители высшего командного состава осознанно проигнорировали общее наступление, опомнились слишком поздно, я держал ситуацию под личным контролем.
Для Николая в прошлой истории все это должно было стать колокольным звоном над ухом. Осознание того, что его дядя хотя бы держал всех в узде, а присутствие императора в роли парадной фигуры в Ставке никак не помогает, а лишь обостряет ситуацию в столице. Неуверенность в победе генералов вместе со стандартными для нас интригами не приводят ни к чему хорошему.
— Мы прорвали только первые линии укреплений, а потери в технике уже более пятидесяти процентов. О личном составе пока нет никаких данных, — позволили себе минуту слабости генерал Плеве. — Если наступление будет продолжаться таким же образом, наши автоброневые войска прекратят свое существование.
— Приемлемо. Броневики помогли уменьшить потери среди личного состава Штурмового корпуса и осуществить выполнение поставленной задачи. Ради этого мы и тратим баснословные суммы на оснащение армии всем необходимым.
Основные потери БА-1 произошли из-за конструктивных особенностей, да и в целом технические характеристики боевой техники оставляли желать лучшего. Я часто с сожалением вспоминал про бронетранспортеры и танки из двадцать первого века. Мне бы сейчас хотя бы мотострелковую дивизию… Но даже такая техника для солдат лучше, чем ничего. Вкупе с увеличением числа бомбардировщиков и отсутствием снарядного голода я ожидал серьезного продвижения от штурмовиков.
— Последний сеанс связи был два часа назад, и тогда ситуация не сильно изменилась. Задерживаются…
— Уверен, ждать осталось недолго, Павел Адамович.
Ожидание хуже всего. Вдвоем с генералом Плеве мы постоянно бросали взгляд на дверь, откуда приходили связисты. Время тянулось невероятно медленно, а в это время на полях сражений развернулся настоящий ад, в котором шаг за шагом по колено в крови Штурмовой корпус приносил нам победу. Поэтому, чтобы успокоить нервы, мы еще раз обговаривали все возможные проблемы и пути их решения.
Стремительно вошедший начальник связи споткнулся взглядом об мою фигуру и открыл было рот для стандартного вопроса о разрешении доложить начальнику Генштаба, но был остановлен движением руки.
— Ну же, не молчите, Генрих Васильевич, — не выдержал генерал Плеве, серьезно сдавший в последнее время.
— Штурмовой корпус прорвал вторую полосу обороны и по докладу генерала Каппеля готов к продолжению наступления. Что мне ему передать?
Несомненно, начало боевого пути Штурмового корпуса будет вписано золотыми буквами в нашу историю, а хищный двуглавый орел продолжит вселять страх во всех врагов Российской империи. Осталось только не наделать крупных ошибок на следующем этапе и, можно сказать, мы добились чего хотели.
Вопрос в последовательности принимаемых решений. Без прорыва оборона выверенным ударом большие массивы войск могут захлебнуться в крови, а без введения резервов мы можем потерять драгоценное время, пока штурмовики подготовятся к новому рывку. И что намного хуже понести тяжелые потери в своих элитных войсках. Поэтому я утвердительно кивнул начальнику Генштаба, когда он бросил на меня напряженный взгляд. Мы с ним давно уже все обговорили. Третья и последняя полоса обороны находилась на значительном расстоянии от первых двух, и тут уже не обойтись без задействования ударных армий.
— Свяжитесь с командующими ударными армиями и оповестите о начале общего наступления. Штурмовому корпусу отойти на отдых и быть готовыми к выполнению новых задач. И да поможет нам всем бог, — перекрестился генерал Плеве.
После того, как связисты с новыми шифровальными таблицами, введенными перед самым наступлением, отбили радиограммы, неповоротливая армейская структура начала свой разбег. Современными средствами связи трудно контролировать ход наступления в режиме реального времени, поэтому командиры на местах сами будут принимать нелегкие решения. Изрядно проредив генеральский состав и продвинув наверх решительных командиров, кто не боится осуждения и не теряется в боевой обстановке, я сделал все, что мог.
