Памятуя о прежних трагических ошибках сёгунов, Нобунага даже и в мыслях не держал идеи разместить правительство в Киото, куда более подходящим местом считая Адзути. Отсюда он мог бы следить за развитием событий в провинциях запада, равно как и наблюдать за успехами Уэсуги Кэнсина на севере.
Размышления князя прервал вошедший в комнату самурай, стоявший на страже возле дверей, который доложил, что князь Мицухидэ просит разрешения войти, желая попрощаться перед отъездом.
– Мицухидэ? Проси! – распорядился Нобунага, вновь склоняясь над картой.
Войдя в комнату, Мицухидэ с облегчением вздохнул: запаха сакэ здесь не чувствовалось. «Ах, этот балагур, – подумал он, – опять обвел меня вокруг пальца!»
– Мицухидэ, подойди-ка сюда! – воскликнул Нобунага и, не обращая внимания на учтивый поклон вассала, жестом пригласил его приблизиться к карте.
– Мне говорили, будто вы, мой господин, замыслили возводить новую крепость.
– Ну и что ты об этом думаешь? Взгляни-ка вот сюда: горная местность, берег озера – само Небо велит воздвигнуть здесь крепость, – с горячностью заметил Нобунага, который, судя по всему, уже окончательно принял решение и мысленно составил проект новой крепости, ибо уверенно провел пальцем линию на карте и добавил: – Вот отсюда и досюда. А у подножия горы, вокруг крепости, мы выстроим город и разместим в нем лучший во всей Японии купеческий квартал. Я не пожалею на строительство этой крепости ни сил, ни средств, но создам такое внушительное сооружение, что провинциальные князья раз и навсегда поймут: им со мной не тягаться. Не сочти мои слова за бахвальство, но крепости, равной той, что я задумал, не будет во всей империи.
Мицухидэ молчал, в задумчивости глядя на карту. Столь сдержанное отношение к проекту рассердило Нобунагу, уже свыкшегося со всеобщими восторгами и горячей поддержкой своего грандиозного замысла, и он раздраженно спросил:
– Так ты считаешь, что у меня ничего не выйдет?
– Нет, я вовсе так не думаю.
– Тогда, быть может, тебе кажется несвоевременным строительство крепости?
– Да нет, почему же… – уклончиво ответил вассал.
– Прекрасно, Мицухидэ, – вновь оживился Нобунага, – ты, как мне известно, посвящен в науку возведения крепостей, поэтому предлагаю тебе возглавить строительство.
– Нет-нет, – энергично запротестовал его гость. – Моих познаний для этого недостаточно.
– Почему ты так считаешь?
– Потому что возведение крепости – сродни командованию войском в большом сражении: нельзя жалеть ни людей, ни средств, а следовательно, вам надо назначить ответственным за строительство одного из испытанных военачальников.
– Ну и кто бы, по-твоему, подошел для этой должности?
– Пожалуй, князь Нива. К тому же он превосходно ладит с людьми.
– Нива? Да… он справится… – Об этом человеке подумывал и сам Нобунага, поэтому сейчас благосклонно кивнул. – Кстати, Ранмару предложил выстроить в этой крепости главную сторожевую башню. Как тебе эта идея?
Мицухидэ ответил не сразу, краешком глаза наблюдая за насторожившимся оруженосцем.
– Вы спрашиваете, мой господин, какие я усматриваю преимущества и недостатки многоэтажной башни?
– Да, именно об этом. Так построим или обойдемся без нее?
– Разумеется, башня не помешает, во всяком случае, крепость с ней будет выглядеть более величественной.
– Рад это слышать от тебя. Однако существуют разные башни. Посоветуй, какую предпочесть, ты ведь немало поездил по стране, изучая искусство возведения крепостей.
– Прошу простить меня, мой господин, но я не слишком хорошо разбираюсь в этом деле, – скромно заметил Мицухидэ. – Путешествуя в молодости по стране, я видел всего две или три крепости с многоэтажными башнями, причем все самой примитивной конструкции. А вот Ранмару, как мне кажется, все хорошенько продумал и изучил, поэтому ему и следует поручить выбрать наиболее подходящий тип башни.
Нобунага, и не думая щадить самолюбия одного из самых своих влиятельных вассалов, принялся развивать его мысль:
– Ранмару, ты обладаешь не меньшими знаниями, чем Мицухидэ, и, судя по всему, хорошо осведомлен о строительстве крепостей. Так выскажи нам свое мнение о том, какой должна быть главная башня.
Обескураженный оруженосец промолчал.
Однако Нобунага настаивал:
– Ну, так что же ты скажешь?
– Я слишком смущен вашими словами, мой господин, – пробормотал юноша и простерся ниц, спрятав лицо в ладонях. – Князь Мицухидэ смеется надо мною. Откуда мне знать что-либо о строительстве башен? Стыдно признаться, мой господин, но все, что я говорил вам… ну, будто Оути и Сатоми есть главные башни, как раз и поведал мне князь Мицухидэ, когда мы однажды были с ним в ночном дозоре.
– Значит, это вовсе и не твоя задумка?
– Нет, я просто хотел как бы невзначай навести вас на разговор о сторожевых башнях.
– Вот как? – рассмеялся Нобунага. – Ну ты и хитер!
