Прежняя решимость держаться рядом с врагом в надежде узнать что-то полезное для борьбы с тем, умерла вместе с Бреном. Всё это были наивные надежды, за которые девушка дорого поплатилась. Пора признать — ей самой не тягаться с Мореной. Средства же победить демона или мощных союзников уж лучше искать наобум, но с развязанными руками. Не как сейчас — прозябать на милости злобной твари, которая отбирает у неё близких людей, да ещё делать вид, что верно служишь ей.
Теперь, когда появилась реальная возможность попасть в ту самую благородную среду, которая некогда привлекла Аину на ярмарке, а потом оказалась родной, стало ясно, что все выдуманные причины остаться были лишь малодушными отговорками, чтобы не идти на риск, а потом не расставаться с мужчиной, к которому она привязалась. Однако это было истинным желанием души, от которого сейчас вырастали почти осязаемые крылья. И будь она проклята, если не улетит!
В следующие четыре дня Аина тайком собирала всё необходимое для успешного побега: там кусок солонины стащит, тут полголовки сыра. Яды и целебную мазь — у Эльри, сбрую — по частям в конюшне, одеяло — из кладовки, плед — с верёвки, неказистое дорожное платье — у Морены. Предводительница теперь занимала пол-этажа, устроив себе не только гардеробную комнату, но и отдельные спальню, кабинет, будуар, библиотеку…
Утварь, необходимую в походе, девушка взяла свою, из прошлой жизни, благо теперь жила на одном этаже с «подругой» и столовалась на замковой кухне. Тёплую куртку и меч — Брена, чтобы не привлекать внимания, воруя из «сокровищницы» родное баронское.
С деньгами было сложнее. Живя в племени, девушка не сталкивалась с необходимостью их использования, но на большой дороге им понадобятся средства. У Аины было немного драгоценностей подаренных Мореной «с барского плеча», но если ими где-то расплатиться, та её выследит. В конце концов, хедивег нагло воспользовалась своим положением и, по традиции племени, забрала «на память» у недавно скончавшейся Мудрой забавную жилетку, вышитую монетами, которая служила той одновременно доспехами и «стеной трофеев» за долгие годы Охот. Хоть на что-то этих денег да хватит.
Аина прятала всё необходимое в горах, куда уходила якобы заниматься, а сама делала крюк и складывала добро в небольшой пещерке у края малозаметной тропы, которая вела из бывшей каменоломни в долину. Кое-где её перекрыли скатившиеся сверху камни, но верхом можно было проехать. А самым ценным в этой тропе было то, что туда можно было попасть с задворков самого замка, считавшегося неприступным, поскольку к нему вела только одна подъездная дорога, а с трёх сторон защищали скалы. К счастью, о своём открытии девушка никому не рассказала, так что сразу и не поймут, куда они делись. При этом не придётся проходить сквозь ворота, что иначе стало бы самой проблемной частью плана, поскольку там всегда дежурило минимум четверо часовых.
По вечерам же, Аина, не таясь, посещала пленника и позволяла стражникам слушать, чем они там занимаются. Разумеется, кроме деталей заговора, которыми обменивались шёпотом между охами и вздохами. Кажется, именно это возбуждало девушку больше, чем сам барон, который хоть и подкупал своей страстностью, но совсем не трогал душу, да и ум ничем не впечатлял. Похоже, страх расправы засел в нём достаточно глубоко, чтобы не сомневаться в необходимости побега. Иногда Аине казалось, что она вожделеет свободы в его лице больше, чем его самого. А может, внезапно открывшаяся страстность в ней самой объяснялась тем, что мужчина был по-прежнему связан. Она обосновывала это тем, что в любой момент может заглянуть стражник, но в целом её, как ни странно, вполне устраивал вариант полного контроля над ситуацией.
Такая демонстративная похоть служила сразу нескольким целям. Во-первых, скрыть от Морены истинную причину своего возбуждения. Быстро прознав о забавах хедивега, охочая до утех предводительница одобрительно ухмыльнулась:
— Так вот что тебе, оказывается, было надо все эти годы, чтобы дать волю своим страстям — благородная кровь.
— Похоже на то, — смущённо пожала плечами Аина.
— И что же, барон так хорош?
Опасный вопрос, но он же и повод совсем сбить беспринципную «подругу» со следа.
— Просто огонь! Можешь сама проверить.
— Может вместе? — повысила ставки Морена, чуть не раскрыв её блеф.
Аина сделала вид, что задумалась над предложением, потом с сомнением покачала головой:
— Давай ты сначала одна, а то мне слишком нравится, когда я сама всё контролирую. Может, дело в этом, а не в титуле. С тобой так уже не получится. Возможно, позже, когда наиграюсь.
Это была совершенно невероятная дичь, которую девушка выдала на гора с беспримерным апломбом, но Морена, порой, казалось, читавшая мысли, купилась на неё! А всё потому, что подобное поведение было близко самой злодейке, и поверить в него ей было легче, чем в предыдущую сдержанность «подруги» в половых вопросах по невнятным идейным соображениям.
