На этот раз Аина заварила «тинче» с бодрящим составом, так что, позавтракав, они снова двинулись в путь. И, поскольку кони были уже осёдланы и навьючены, Мадлен вроде бы не успел заметить, что странного свёртка при девушке больше нет. По крайней мере, спросил он о нём только на следующий день при отъезде из полупустого хутора, в одном из свободных домов которого они провели ночь. И получил ответ «Закопала», что было не так уж далеко от истины.
На следующий день добрались до Арбена, через который проходил Княжеский тракт, опоясывая страну и отделяя приграничные баронства от внутренних княжеств. Сам тракт подходил им не очень, зато в сторону Пикердома вела почти прямая дорога по княжеским землям, куда кочевники не совались.
Так что дальше они поехали уже как обычные путешественники. Разве что места ночёвок приходилось выбирать по своим скромным средствам — сарай в деревне с домашней едой обходился дешевле, чем постоялый двор.
Прокормиться в пути помогала охота. Оказалось, что барон неплохо владел пращой, сооружённой из подручных материалов. А девушка смастерила себе простенький лук. Костёр на дневном привале зачастую заканчивался вспышкой страсти. К счастью, никто больше никуда не спешил — всё равно опоздали. Гонцы должны были уже вернуться в Сагату; с деньгами или с пустыми руками — неизвестно, но тосковать по утёкшей воде молодой лорд Керибран явно привычки не имел.
Заниматься любовью под открытым небом или на сеновале в чьём-то дворе было сначала непривычно, но на самом деле ненасытная игривость Мадлена сильно скрасила для Аины это путешествие, проходившее под незримой тенью тревоги, удалявшейся — от Сагаты и надвигавшейся — от Пикердома.
Понять замысел высших сил, даже третьего порядка, не так просто, как может показаться, даже обладая условным всеведением. По крайней мере, если ты человек и находишься в мире людей. Во-первых, «всеведение» не распространяется ни на чьи замыслы. Можно узнать из сферы хроник уже свершившиеся события, найти обычный предмет или человека. Можно почувствовать чьё-то душевное состояние, даже издалека — если знать, кто тебе нужен, и то не всякая душа откроется. Можно мысли прочесть, и опять — не все, а лишь те, которые хорошо осознаются. А неосознанную кашу из мыслей и чувств — очень примерно оценить по снам. Можно ощутить крупный выброс незримых сил, когда происходит нечто масштабное, и предчувствовать значимые для многих события по дрожанию паутины судеб…
Но в голову воплощения Мары точно не влезть — заметит. И к чему ведёт множество мелких изменений, не отследить. Тем более в одном мире, тогда как план Проклятых может охватывать несколько сразу. Даже крупные марионетки окутаны пеленой тёмной силы, так что к душам их не пробиться.
Поэтому у Волхва, в отсутствие крупных предчувствий, оставался лишь один способ выяснять масштабы бедствия — ходить и смотреть. Безусловно, способность быстро перемещаться на большие расстояния помогала, но наблюдения требуют времени.
Первым делом он обошёл свои «владения» от моря до моря и убедился, что дымка тёмных сил окутывает только Свободные Княжества и слегка — соседние земли, подвергавшиеся набегам нартов. Небольшое давление даже шло им на пользу, поскольку люди там начали объединяться для отпора. На месте разрозненных общин возникали союзы, которые позже приведут к образованию стран, и это помогало местным народам развиваться.
Волхв не преминул подкинуть пару идей предводителям там, где оказался вхож в «высокие круги». Как обычно, с вольными племенами, управлявшимися советом старейшин, дело шло легче, а с различными властителями — туже. Но из Великих Хроник он знал, что за последними — будущее.
Как бы ни страдали простые люди, на изменения только это и толкает. Либо несгибаемая воля руководства в сочетании с недюжинным умом. К сожалению, человечество в целом стояло на такой ступени развития, когда души развиваются только «из-под палки». И в этом не было ничего плохого. Когда та или иная душа перерастала данный уровень, она рождалась в другом мире, соответствующем её новым способностям и свойствам. Он же умудрился выбиться сразу «из грязи в князи» и принял особый статус Хранителя, оставшись присматривать за родным миром.
Вмешиваться почти ни во что не дозволялось, точнее, плата за это была слишком высока, причём, что хуже всего, платить приходилось не ему самому. А именно тем, кому он пытался помочь. В этом не было злой воли — просто последствия законов Мироздания, которые налагали на него ответственность другого порядка. Их краеугольным камнем была возможность развития, которая подразумевала свободу воли всех существ, населяющих все миры: от троллей до ангелов. Но давать советы Волхв мог. Это было частью обычной работы. Решения принимать люди всё равно будут сами.
