Чёт-нечет полностью

Б у г р о в а. Антошин почерк. Антоша Лобовиков увлечен двумя вещами на свете: Сергеем Сергеевичем — и войной. Соединил такие несоединимые вещи. Смотри, даже наградил генеральским чином!

Стучат в стенку.

Это Игнат Петрович. Вот ревнивый отец. Рвет и мечет, зачем Антоша здесь чаще, чем дома.

А г н и я  С е р г е е в н а. Шурочка, у него ведь никого, кроме сына.

Б у г р о в а. Ну и что? У нас с Сережей и сына нет — мы же за это ни на кого не сердимся. (Стук повторился. Она подходит к стене и стучит в ответ.) Значит, можно зайти. Сережа их приучил. Кстати, когда придет Сережа, не говори ему ничего о моих благоглупостях. Будем пока хитрить. Но о Волге скажи обязательно.

Стук в дверь.

Войдите.

Входит  Л о б о в и к о в. Беспокойно осматривается.

Л о б о в и к о в. Антон у вас?

Б у г р о в а. Нет.

Л о б о в и к о в. Разве Сергей Сергеевич не пришел? Уроки давно кончились.

Б у г р о в а (пожав плечами). Еще не пришел.

Л о б о в и к о в (косясь на ширму). Странно.

Б у г р о в а. Хотите убедиться? (Отодвигает ширму.)

Л о б о в и к о в. Помилуйте!

Александра Романовна Бугрова подвигает ширму на место и уходит за нее.

А г н и я  С е р г е е в н а. Игнат Петрович, на меня-то за что рассердился?

Л о б о в и к о в (вздрогнул). Извините. (Подходит, здоровается.) Разве сегодня не виделись? Я же вам дверь в класс открыл. У вас были полные руки таблиц.

А г н и я  С е р г е е в н а (укоризненно). А еще ребят арифметике обучаешь. Это четвертого дня мы встретились.

Л о б о в и к о в. Может быть, может быть. (Пошел к двери. Вернулся.) Я очень прошу, Агния Сергеевна, когда Антоша придет с Сергеем Сергеевичем, пошлите его сразу ко мне.

А г н и я  С е р г е е в н а. Хорошо, голубчик, пришлю. (Тихонько.) Игнат Петрович, поди-ка сюда, ко мне.

Лобовиков подходит.

Вот что я хочу сказать. Напрасно на сына обижаешься.

Л о б о в и к о в (настороженно). Откуда вы взяли?

А г н и я  С е р г е е в н а. Погоди, не ерепенься. Антон мальчик живой, непоседа. Тебя любит он, ну и ладно. А с Сергеем Сергеевичем ему интереснее. Что ж такого. О равнобедренных треугольниках он от тебя и в классе наслушается. Вот и бежит на огонек к твоему соседу. Так и надо.

Л о б о в и к о в (горько). Заслужил?

А г н и я  С е р г е е в н а. Зря обижаешься. Я хотела добрый совет тебе дать.

Л о б о в и к о в. Благодарю — и отказываюсь. Вы не знаете того, что знаю я.

А г н и я  С е р г е е в н а. И чего ты волнуешься? Отец ты удачный, отказываться от тебя не надо.

Л о б о в и к о в (кричит). Что я, буржуй или поп?

А г н и я  С е р г е е в н а (машет на него рукой). Ш-ш! Распылался как головешка. Ступай к себе, жди Антошу. Пришлю, так и быть.

Л о б о в и к о в (пошел, обернулся). Но я требую, наконец, чтобы топили печку. Печка же выходит и в мою комнату. Что они — хотят простудить Антошу?

А г н и я  С е р г е е в н а. Не простынет. Это нам с тобой холодно, а молодым жарко. Еще лучше, не угоришь. В этом доме печки ужас какие.

Л о б о в и к о в (сухо). Честь имею!

Открыл дверь в коридор, и сразу оттуда донесся шум голосов, смех, топот ног, и в комнату, едва Лобовиков успел посторониться, вваливается молодежь: А н т о ш а  Л о б о в и к о в, Б о р и с о в, Н е с м е л о в а  и  К и с л и ц ы н а, во главе с  К р а е в ы м, все с лыжами. Шествие замыкает  Ш а б а л и н.

А н т о ш а (весело). Здравствуй, папа!

Л о б о в и к о в (против воли сразу заулыбался, увидев сына). Здравствуй, дружок.

К р а е в. Товарищи, обтирайте ноги о войлок. Здравствуй, Агнеша.

В с е (веселым, нестройным хором). Здравствуйте, Агния Сергеевна!

Б о р и с о в (он небольшого роста. Подходит к ней, солидно здоровается за руку). Как поживаете, Агния Сергеевна?

А г н и я  С е р г е е в н а (удивилась). Скажите, пожалуйста, какой взрослый! Давно ли ты у меня упал с парты?

К и с л и ц ы н а. Агния Сергеевна, с парты он и теперь падает.

Б о р и с о в (неторопливо выговаривая каждое слово). В этом есть немалая доля преувеличения. (Помогает Кислицыной с лыжами.)