В о л о д я приносит и расставляет яства, вино. Тамара тихонько отдает ему дальнейшие распоряжения.
(Разливает в бокалы вино. Ларисе Михайловне.) Вы позволите?
Она молча кивает, продолжая с тревогой смотреть на сына.
Расчудесно. Можно я скажу тост?
Т а м а р а. С одним условием…
П е с к о в. Слушаюсь. (Продолжает наливать.) Вообще я за эти недели знакомства с вашей семьей духовно вырос. Мой отец любил поговорку: «Человек — что птичка божья: нажрался, как свинья, и спит». Мне этого уже мало: за ужином хочется общества глубоко воспитанных людей… А тост мой, если позволите, следующий. Однажды прохожие увидели, как некий гражданин бьется головой о кирпичную стенку. Разбежался — хрясь! Разумеется, его участливо спрашивают: «Что вы делаете, разве не больно?» — «Еще как больно-то!..» — «Так зачем вы так?» — «Зато в промежутках как хорошо!..» (Поднял бокал.) Так выпьем же, товарищи, за промежутки!
Т а м а р а (угрожающе). Ну, Георгий Иванович!
П е с к о в (невинно). А что, неужели опять провинился?
В и т а л и й (усмехнулся и поднял бокал). Не беспокойтесь. (Чокнулся с Песковым.) За самый короткий промежуток для вас! Для всех, кто может платить миллион за порцию поросятины!
Все пьют. Одни, как Виталий и Песков, залпом, до дна, другие только пригубили.
П е с к о в (со вкусом обсасывая маслину). Крепко сказали, Виталий Павлович. Со смыслом. Вот что значит потомственная интеллигентность. В ней мудрость веков. Нет, серьезно… Вчера мне рассказывали о красном директоре музыкального училища. Как-то, уже после реформ, заходит в класс теории музыки, послушал минутку и говорит: «Контрапункты, понимаешь, тут развели! В восемнадцатом всех бы к стенке!» Вот как по-своему понял он контрапункт, иначе говоря — гармонию. Но — примирился… Недаром кто-то сказал: «Мировой гармонии нет — зато есть мировая гармонь!» (Весело оглядел всех.) Признавайтесь, очень я вам надоел?
Виталий молчит. Мать с дочерью переглядываются.
Т а м а р а (встает). Спасибо, напомнили мне своими музыкальными остротами о службе… (Идет к маленькой эстраде в углу, где уже ждет аккомпаниатор. Поднялась; переждав, когда кончат аплодировать, обращается к публике.) Граждане гости! Как всегда, спрашиваю, что вы хотите сегодня услышать?
Г о л о с а.
— «Бубенцы»!..
— «Мичман Джонс»!..
— «Бубенцы»…
— «Ночной Марсель»!..
О з о р н о й г о л о с (из публики запевает).
Стаканчики граненыеУпали со стола.Упали и разбилися.Разбилась жизнь моя…Т а м а р а (продолжает).
Мне на полу стаканчиковРазбитых не собрать,И некому тоски своейИ горя рассказать.Не греет солнце яркоеДуши моей пустой,Дружок мой ласку теплуюОтдал навек другой…З а т е м н е н и е.
