В и т а л и й (выждав, пока Песков уйдет за перегородку). Да.
Входит Т а м а р а.
Т а м а р а (смущенно, если это не игра). Здравствуй, Витя. Не помешала?
В и т а л и й. Здравствуй. (Придвигает ей стул.)
Т а м а р а (оглядев помещение). Небогато обставлен директорский кабинет, небогато. (Втянула носом воздух.) Амбре!
В и т а л и й. Разбогатеем — обставимся. Аромат постараемся превратить в райский. Или хотя бы в песковский.
Т а м а р а. Впрочем, тебе идет стиль «аскез». Еще удивляюсь, что ты сидишь на стуле, а не на табуретке…
В и т а л и й. Не на гвоздях… не надеты вериги… Чему обязан видеть тебя в пещере анахорета?
Т а м а р а (оглянулась на перегородку). Секретарша?
В и т а л и й. Счетовод ушел в банк, а секретарши у меня нет.
Т а м а р а. Что за директор без штатов? Все равно что без штанов! Извини… Нет, верно, как это ты умудрился не обрасти? Георгий Иванович — частник, бережет рубль, и то у него два помощника — секретарша и снабженец. (Неожиданно.) Имеешь шанс получить их в свое распоряжение. Предлагал он тебе работать вместе? (Виталий молчит.) Вижу, врать ты пока еще не научился. (С досадой.) Эх, опоздала тебя предупредить!.. (Пылко.) Витя, хочешь, встану перед тобой на колени? Если согласился — откажись! (Опускается на колени перед Виталием.)
В и т а л и й (поднял ее с колен, усадил на стул). Не валяй дурака. Хватит с меня Пескова…
Т а м а р а (с мгновенной реакцией). Когда он у тебя был?
В и т а л и й (после секунды растерянности). Когда! Он валяет дурака всю жизнь. Думаешь, верю хоть одному его слову?
Т а м а р а. Тому, что он тебе предложил, можешь верить. Но должен знать, что из этого получится. Вернее, на что он рассчитывает. А поскольку он… хитрее тебя…
В и т а л и й (улыбнулся). Говори уж прямо — умнее.
Т а м а р а. Да, в делах безусловно умнее. Поэтому…
В и т а л и й. Слушай, чего ты боишься? Перестанешь быть фабрикантшей?
Т а м а р а (искренне). Дурачок! Он сожрет тебя с потрохами!
В и т а л и й. Так. Неясно одно: зачем ты меня предупреждаешь. Продаешь Пескова, ибо нашла в своем кабаке другого победителя? Или задумала какой-то сверххитрый ход… в свою или его пользу?
Т а м а р а (как-то сразу отяжелела). Не угадал. Пескова мне не продать. Он без меня, как и без тебя, не пропадет. А что тебя мне жалко — мог бы и сам смекнуть. Кроме того… (Замолчала.)
В и т а л и й. Ну, ну?
Т а м а р а. Ладно. Сладенького понемножку.
В и т а л и й (задумчиво). Значит, не до конца продаешь. Не как меня в свое время… (Порывисто распахивает дверь.) Георгий Иванович!
Т а м а р а (выпрямилась). Ах, так?
Из-за перегородки никто не вышел. Виталий заглянул туда — никого нет. Подошел к окну, жестом подзывает Тамару.
Т а м а р а (подбежав к окну, видит удаляющегося через двор Пескова). Какое свинство! Почему ты мне не сказал? Сговорились! Какие вы оба… (Пыталась подыскать слово.) Ну что ж, вам же хуже!.. Смотри, Алексей вышел из проходной… Боже мой, что он!.. А-а-а!! (Отшатнувшись, закрыв глаза руками, кричит.) Зачем?! Зачем?!.
Виталий, не обращая на нее внимания, бежит к двери.
З а т е м н е н и е.
Тот же кабинет, если можно так назвать эту неприглядную комнату. В и т а л и й и А л е к с е й сидят посередине, стул против стула, почти касаясь коленями. Алексей трезв и мрачен.
В и т а л и й (нетерпеливо). Ну, ответишь ты толком?
Алексей молчит.
Хоть пожелай Пескову поправиться, не то тебе будет худо.
А л е к с е й. Пускай.
В и т а л и й. Если никакого оружия не приготовил, просто схватил кирпич, значит, ударил не предумышленно?
А л е к с е й (упрямо). Нет. Думал. Хотел прикончить.
В и т а л и й. Но за что? За что?
А л е к с е й (вскочил). За все!.. (Сел.) Вчера пришли забирать Зинаиду.
В и т а л и й. В чем дело?
А л е к с е й (сжал кулаки). Давно надо было посадить. Первая самогонщица на деревне… А кто научил? Кто развратил всю деревню? Пятнадцать домов гнали первач для его фабрики. Он же, черт его знает как, очищал это зелье под свой одеколон и духи… Знахарь! Колдун! (Опять вскочил.)
