Отдел Тайн был страшным сном, — догадался я. — Настоящий лорд Малфой здесь и сейчас разгибает мои пальцы, чтобы забрать стакан, который вот-вот разлетится у меня в руках.
Я глупо хихикнул.
— Сэр, вы ведь не станете надевать на меня ремешок, да?
Он посмотрел непонимающе, видимо, решив, что у меня поехала крыша.
— Ремешок? Какой ремешок?
— Артефакт, который у вас в тайнике хранится, — объяснил я. — Против всяких похотливых личностей. Если надеть его на член, то он больше никогда не встанет, и человек рехнётся от спермотоксикоза. Мне Драко рассказал...
Малфой поспешно отвернулся, и я готов был поклясться, что он сдерживается, чтобы не расхохотаться.
— Нет, Гарри, не надену. Спите спокойно...
Малфой разбудил меня неаристократичным хрюканьем. Я поднял голову и воззрился на него с дивана.
— Люциус, ты что?
— Ремешок! Ой, не могу! — друг-любовник корчился в кресле, схватившись за живот, как какой-нибудь плебей. — Ну, Драко, весь в меня!
— Да что случилось-то? — я приподнялся, стараясь не скидывать плед.
— Драко сказал Гарри, что у нас есть ремешок, артефакт, который лишает мужской силы, — объяснил Люциус. — Тот испугался, а сегодня спросил о нём у меня. Естественно, я ни сном ни духом!
Я фыркнул, поддерживая.
— А с чего он спросил? Прощупывал почву на случай, если мы...
— Я с ним поговорил начистоту, — уже без смеха объявил он. — Потом посмотришь, что в буфете разбилось. Я дал Поттеру понять, что нам всё известно. И про Драко, и про крестраж, и про подглядывание.
Я вскочил, окончательно проснувшись, поморщился от слабой боли.
— И что? Что Поттер?!
— Плакал, конечно, — с какой-то печалью ответил Люциус. — Жалко его, если по-человечески. Так в меня вцепился, я думал, не отдеру. Представляешь, я захожу на кухню, а там от табачного дыма ничего не видно и Поттер как привидение. Я его спать отправил, он же всю ночь глаз не сомкнул...
— Та-ак... — я потёр лицо. — Я много проспал. Хорошо, что обошлось малыми разрушениями. После смерти Блэка он разгромил весь директорский кабинет...
— Именно поэтому с ним говорил я, — заметил Люциус. — У тебя бы получилось слишком жестоко...
Я поднялся и, зябко поведя плечами, принялся одеваться.
— Я в Мэнор, — сказал я. — Лорд может захотеть увидеть мою персону. К тому же, надо кое-что уточнить. А ты?
Он помолчал, покачивая ногой.
— Поговорю с Драко. Сам, чтобы он не пугался того, что меня нет, и не решил, будто я не хочу его видеть. Кстати, ты не знаешь, для чего Поттеру понадобились генеалогические древа? — Люциус поддел ногтём обложку одной из бесчисленных книг на столе.
— Записка в фальшивом медальоне? — предположил я.
— Записка? — нахмурился Люциус. — Что там было?
— Подпись — «Р.А.Б.», — ответил я, внимательно следя за ним. — Поттер ведь говорил.
— Регулус Арктурус Блэк, — расшифровал он почти без труда. — Как же я сразу внимания не обратил!
— Это он подменил медальоны?! — поразился я. — Подменил, но сам погиб?
В принципе, всё сходилось. Если Регулус пал жертвой инфери — ведь тела так и не нашли, — то логично предположить, что крестраж похитил именно он. Где он мог быть сейчас и кто вынес его из тайника? Я вспомнил про хмурого надоедливого домовика в штаб-квартире.
— Попроси мисс Грейнджер поискать медальон в штабе на Гриммо, — сказал я. — Там безумная свалка, и нам просто повезёт, если он окажется там...
Люциус кивнул, потянулся к аккуратно свёрнутым сквозным пергаментам, до которых у нас так и не дошли руки.
— Как ты думаешь, если они будут уменьшаться и входить под кожу — это слишком Тёмная магия для детей? — спросил он.
— Как маскировка — вполне оправданно, — заметил я. — К тому же, этого заклинания нет в реестре Тёмных. Действуй, я пошёл.
Только в Мэноре я сообразил, что слишком рано, чтобы тормошить Кэрроу. Солнце ещё не касалось даже верхушек окон в холле, но уже было светло. Мои шаги гулко раздавались под сводами холла и затихли, когда я ступил на покрывающий лестницу ковёр. По крайней мере, у меня есть время заняться кое-кем другим.
Макнейр открыл сразу же — то ли не спал, то ли даже во сне держит ухо востро. Скорее, второе. Его хмурая обросшая физиономия оглядела меня, пустой коридор за мной и буркнула:
— Заходи.
— Спасибо, — съёрничал я, не удержавшись: уж слишком усердно он отнёсся к охране своего почти что врага.
Окно в комнате было опять распахнуто, а Огги опять кутался в плед, только нос торчал из шерстяных складок.
— Как он вчера? — тихо спросил я.
— Ты что не пришёл? — вопросом на вопрос ответил Уолден. Ясно, чего он такой хмурый, счёл, что я отлыниваю от обязанностей врача.
— Лорд вызывал, — сказал я чистую правду. — Как он?
— Нормально, — тихо проворчал Макнейр. — Лучше, чем раньше. Бинты я не трогал, поил его бульоном, никого не пускал.
— Правильно, — одобрил я. — Сегодня днём меня опять может вызвать Лорд, поэтому бинты будем снимать сейчас.
